Ряды выставки-продажи располагались возле сцены. Меж ними было шумно, цветасто и зелено. Питомники и частники расхваливали свой товар, выставляли вперед пластиковые временные горшочки с образцовыми экземплярами садовой селекции.
За толпой зевак мелькнуло знакомое лицо. И знакомый поставленный голос принялся вещать о полярных маках и специальной подкормке-подкраске для синих гортензий.
Санька видела говорящую раньше — смотрела вместе с мачехой ее блог на ю-тьюбе о садах. У синеглазой брюнетки в брючном костюме цвета фуксии и шляпе — как ее звали, Санька, к своему стыду, не помнила, только иронично-небрежное название канала, «Супергрядка», — был свой сетевой питомник, широко известный в садово-дачных кругах. Помнится, тетя Лариса как-то заказала у садовой дивы какой-то невероятный сорт винограда за умопомрачительную сумму.
Вкусный, кстати, вырос. Прошлым летом ели первый урожай…
— Извините, простите… — Санька протиснулась в первый ряд, и глаза ее разбежались.
Чего там только не было: и гибридные абрикосы-франкенштейны, у которых на одном дереве каждая ветка разного сорта, и плакучие шелковицы, и понтийские рододендроны, и красные дубы, и хищные трициртисы, и массивные канны…
И реликтовые гинкго с будто ненастоящими листьями-лопастями.
И много-много всего.
— Девушка, вы брать что-то будете? — Полный мужичок в панаме попытался оттеснить Саньку в сторону, но она отрезала:
— Буду! — И впилась взглядом в штамбовую розу с кремовыми соцветиями.
— Слушаю вас, — тут же повернулась к ней «Супергрядка».
— Мне… — начала Санька и зависла. Ну какие могут быть розы! Какой виноград! У нее лес, а не дача, в конце концов. — Деревьев.
— Лес сажаете? — ошарашила проницательным вопросом садовая дива. — Понимаю. Сейчас это модно. Выкупать сельхозугодья и сажать эксклюзивные авторские леса. Так что желаете?
«Эксклюзивные авторские леса» убили на подлете Санькин задор — уж слишком пафосно все это прозвучало. И теперь она стояла перед сотнями черных временных горшочков, не в силах выбрать даже один.
— Быть может, гинкго… — произнесла, наконец.
— Реликтовый лес? Интересно. Можем сразу папоротники подобрать, чтобы древняя юра получилась.
«Супергрядка» глянула сверху вниз, а Санька подумала: «Черт. Чувствую себя, как тогда, в столичном бутике «Гуччи», куда зашла с обеспеченной и модной троюродной сестрой». Очень неуютно было в купленном на барахолке дешевом сарафанчике и копеечных балетках. Во взглядах ухоженных от кончиков волос до кончиков ногтей продавцов читалось: «Дешевка. Нищенка. Беднота».
Санька собралась:
— Да мне просто пожарище засадить. Быстро. Надежно.
— Вы хотите засадить его гинкго? — хохотнул из-за прилавка дюжий «Супергрядкин» помощник. — Не лучшая идея. Проще кленов ясенелистных надергать в ближайшей канаве.
— Нет, спасибо. Их не нужно, они инвазивные, — отказалась Санька. — Тогда что-то кроме посоветуйте. А гинкго я все равно возьму.
— У меня есть кое-что для вас. — «Супергрядка» взгромоздила на прилавок пластиковое ведерко, из которого торчал неубедительного вида саженец с поникшими округлыми листьями. Каждый лист с чайное блюдце размером. — Рост, мед, древесина — удовлетворит любые запросы… Сейчас иду… Стасик, пробей…
С выставки Санька ушла в полном разброде мыслей и с охапкой покупок в руках. Из-за ближайших деревьев выскочил Стрелок и примерно зашагал рядом, даже проходящие мимо собачники залюбовались. Его новых друзей-овчарок разобрали хозяева, игры кончились.
После загрузки в машине стало тесно и зелено.
Санька вырулила на ведущее к окружной дороге шоссе. Приоткрыла окно, и салон наполнился ветром.
Мотель находился у выезда на развязку. На противоположной от него стороне трассы стоял на пьедестале танк — любимое место паломничества всех молодоженов. Именно поэтому из дула танка всегда торчали свежие цветы, и было в этом что-то хипповское, извечное «нет войне, да любви». Иногда, правда, в дуло запихивали бутылки шампанского. Дары сии загадочно исчезали ночью, что рождало средь местных истории о духах и привидениях, живущих под развязочной эстакадой.
Сегодня из дула танка застывшим салютом торчали белые хризантемы.
«Уазик» свернул под вывеску мотеля. Припарковаться получилось в самом дальнем углу стоянки. Ну и хорошо — зачем внимание лишнее привлекать.
Воспользовавшись мачехиной инструкцией, по прибытии Санька сразу отзвонилась. Стала ждать. Минут через десять к ней подошла невысокая женщина, невесомая и воздушная, как фея. Возраст ее, как у большинства подруг тети Ларисы, определялся расплывчатым «от сорока до семидесяти».
— Это вы — Сашуня? — спросила, приветливо улыбаясь. — Лара предупредила о вашем приезде. Я отведу вас в номер. Здравствуйте.
Именно в таком порядке.
— Здравствуйте, — поздоровалась с приятной блондинкой Санька. — Как мне быть? Я с собакой.
— Тогда будет первый этаж с отдельным входом.
— Спасибо. Я вам бесконечно признательна. Скажите, сколько должна? — Санька полезла в карман, но воздушная Майя запротестовала:
