Позже, когда она сидела с толстой книжкой на пеньке перед домом, к ней подошел Биргер.
— Уснула наконец… — Он притащил от поленницы спил и сел на него. — Мирабелла с каждым днем все подвижнее. Глаз да глаз за ней нужен.
— А потом она ползать начнет. И ходить. И бегать. А потом пойдет в школу… — улыбнулась Санька. — А ты ходил в школу? Какие они в этом мире?
— Разные, — ответил маг. — В Корне у меня были личные учителя. Общая школа была для простых детей. Там изучали семь свободных искусств. Это необходимая основа для дальнейшего обучения в престижных академиях и университетах.
— А в академии ты учился?
— Нет. Герцог и герцогиня выписали мне наставников прямо в замок. Они могли себе это позволить. — Биргер понял, что тревожит собеседницу. — Ты переживаешь за будущее дочери? Не переживай. Образование у нас доступно всем — было бы желание учиться. — Он помолчал немного, потом спросил: — Тебя пугает наш мир?
Санька ответила:
— Да. — Так ведь и было. Честно. — Пугает. Хотя мой бы меня напугал, будь я отсюда родом, еще больше, наверное… Страшна неизвестность, хоть волшебство и манит. Но странно, все равно страшно… — Ее осенило вдруг: — А знаешь почему? Не из-за браконьеров. Не из-за странных существ. Не из-за колдовства. Из-за ответственности. На мне никогда прежде не висело такой ответственности. За жизнь целого леса! Почти что целого мира.
— Ты растила ребенка, — успокоил ее маг. — Тут ответственности не меньше нужно. И с лесом у тебя пока все получается. Ты вырастишь и лес.
— Знаешь. Я все больше убеждаюсь, что, несмотря на трудности, быть лешей — работа моей мечты А ты о чем-нибудь мечтаешь? — вырвалось у Саньки само собой.
И маг честно признался:
— Мечтать я не могу себе позволить. Я в ловушке. Не могу оставить Мирабеллу. И ситуацию с Корном оставить не могу. Ярость душит каждый раз от воспоминаний… Нужно мстить, нужно воевать, но на руках ребенок, и все отступает на второй план.
— Просто ты выбрал жизнь, а не смерть, — понимающе произнесла Санька. — Я понимаю, как это тяжело, и все же… Я тоже выбрала жизнь. Пусть она новая и другая, пусть будущее в ней туманно, но обратно я уже не вернусь. Это и невозможно уже, скорее всего. Уверена, что мое недавнее посещение родного мира было последним, но, даже если бы у нас с Альбинкой был шанс на возвращение, я бы не пошла обратно. Единственное, что расстраивает, это отсутствие возможности хоть иногда посылать весточку родным и подругам. Если бы постоянная связь с моим миром осталось — было бы идеально. Как будто мы просто переехали в другую страну… Представь, что ты тоже переехал в другой мир. И пути назад нет. По крайней мере, на данный момент. Отвоюешь Корн, когда будут для этого силы.
— Пожалуй, ты права. — Маг вгляделся в тяжелые тучи на западе. — Только знаешь, не люблю я воевать… Это плохо? Как думаешь?
— Это хорошо, — уверенно сказала Санька. — Это правильно.
Над черничником дрожала роса. Легко мялся и так же легко расправлялся под ногами ягель. Грибы смотрели из-под прелых листьев: оранжево-огненные лисички, крепкие боровики, красноголовые высокие подосиновики.
— Мам, я за корзинкой сбегаю?
— Сбегай.
Альбинку от грибов все равно не оттащить. Она в них разбирается, в отличие от Саньки. А Санька нервничает — себе-то не доверяет. Точно ли съедобные грибы?
— Да, точно! — У Альбинки никаких сомнений. Ее две бабушки обучали грибничеству с детства. — Нам грузди нужны на засолку.
— И кто солить будет? — уточнила Санька.
— Мы, — прозвучал очевидный ответ. — С тобой. К феям сходим?
Санька согласилась:
— Надо бы. — Три дня назад она отнесла на посадки три укоренившихся черенка павловнии. Морочилась с этими черенками… В итоге выглядели они не слишком бодро. И все же феи растения приняли. Санька выдохнула. — Но не сегодня. Они не любят частых посещений. Пойдем-ка домой…
Возле дома Биргер соорудил детскую площадку. Маленькие качели с люлькой для Мирабеллы. Качели побольше, с сидушкой, для Альбинки. Песочницу — песок принес с озера — квадрат, огороженный бревнами. Карусель и деревянного коня. Все двигалось само с помощью магии. Даже конь, снабженный колесами, мог перекатываться с одного конца полянки на другой.
Сегодня маг выглядел довольно жизнерадостно. Обычно глубокая грусть плескалась на дне его глаз. Санька понимала. Ему тяжело. Тяжело прятаться. Тяжело заботиться о малышке. Но он не отступится и не скинет с плеч свою ношу. Будет нести ее сколько нужно, старательно делая вид, что вовсе и не устал…
А сейчас он улыбался, демонстрируя, как с помощью магии деревянный конь, качаясь на неровных ногах, старательно объезжает пенек.
— Ура! — радостно закричала Альбинка, сунув Саньке собранные грибы. — Биргер построил парк развлечений. — Она залезла на деревянного коня и замахала руками. — Еду без рук. А быстрее можно?
— Быстрее — конь развалится, — ответил маг. — Тут пока что все пробное.
— А горку можно сделать? — не унималась девочка. — Высокую?
— Попробую.
— На озере. Чтобы нырять с нее в воду. Такую можно?
— Можно вышку, — предложил Биргер. — Чтобы с нее прыгать.
