– Госпожа Хенли! – раздался знакомый голос, и я с облегчением узнала капитана Форда. – Вы целы?
– Да! – крикнула я, полностью открывая ставню. – Мы не пострадали, благодаря вашему своевременному появлению.
– Хорошо, – выдохнул капитан. – Мы перехватили посланника олдермена, который нёс приказ о вашем аресте. Знали, что его люди могут прийти сюда.
Мы с Эммой кое-как разобрали баррикаду и открыли дверь, впуская капитана Форда и двух его людей. Остальные стражники остались снаружи, охраняя пленников и наблюдая за улицей.
– Что происходит? – спросила я, когда все расположились в гостиной, и Эмма зажгла лампы. – Операция прошла успешно?
– И да, и нет, – мрачно ответил Форд. – Мы накрыли контрабандистов в бухте, конфисковали товары на огромную сумму и арестовали около двадцати человек. Но главные организаторы – Морган и Вейн – каким-то образом узнали о готовящейся операции и успели принять меры.
– Неудивительно, – вздохнула я. – После визита Коллинза…
– Коллинз был лишь одним из осведомителей, – покачал головой капитан. – У Моргана глаза и уши по всему городу. Но мы всё равно добьём его – доказательств хватит, чтобы отправить и его, и Вейна на каторгу.
– Если вы их поймаете, – заметила я.
– Поймаем, – твёрдо сказал Форд. – Морган забаррикадировался в своём доме, но это лишь отсрочка неизбежного. А Вейна видели направляющимся к южным воротам – он, похоже, решил бежать.
Спустя пару минут капитан Форд покинул нас, приставив к дому охрану из двух стражников. Мы с Эммой, несмотря на усталость, решили не ложиться спать. Сменяя друг друга, мы дежурили у окна, наблюдая за улицей и прислушиваясь к звукам ночного города.
И в следующие часы мы могли только догадываться о происходящем по доносящимся звукам – крикам, стуку копыт, иногда звону оружия. Один раз в небе над гаванью взвилась сигнальная ракета, осветив всё вокруг красным светом. После этого снова стало тихо, но это была напряжённая тишина, предвещающая бурю.
– Вы не думаете, что они могут вернуться, госпожа? – спросила Эмма, принося мне чашку крепкого травяного чая.
– Не исключено, – честно ответила я. – Но теперь у нас есть охрана, и весь город на ногах. Им будет сложнее застать нас врасплох.
– Я всё равно глаз не сомкну, – вздохнула старушка, присаживаясь рядом со мной у окна. – Столько лет прожила в Мареле, а такого ещё не видела. Арестовывать самого олдермена! Что дальше-то будет?
– Перемены, Эмма, – задумчиво произнесла я. – Большие перемены. И, надеюсь, к лучшему.
Ближе к рассвету усталость взяла своё, и я задремала в кресле у окна. Разбудил меня настойчивый стук в дверь. Вздрогнув, я подскочила, не сразу сообразив, где нахожусь и что происходит.
– Лесса! – раздался снаружи голос Марка. – Открой, это я!
Я бросилась к двери, чувствуя, как сердце колотится от страха и облегчения одновременно. Что он делает здесь в такой час? Неужели что-то узнал об операции? Или, хуже того, оказался вовлечён в неё?
– Марк? – я приоткрыла дверь, не снимая цепочку. – Что случилось?
– Впусти меня, быстрее, – настойчиво сказал он, оглядываясь через плечо. – Я должен тебе кое-что рассказать.
Я открыла дверь, и Марк быстро проскользнул внутрь. Его лицо было напряжённым, а в глазах читалось беспокойство.
– Весь город на ногах, – сказал он, снимая плащ. – Королевские таможенники окружили дом олдермена Моргана, в порту идут аресты. Говорят, они накрыли целую банду контрабандистов в бухте Тёмных Камней!
– А олдермен? – спросила я. – Его арестовали?
– Пока нет, – покачал головой Марк. – Он забаррикадировался в своём доме с несколькими охранниками.
– А что с Тобиасом Вейном? – спросила я, почему-то вспомнив о нём.
– Никто не знает, – пожал плечами Марк. – Одни говорят, что его арестовали в порту, другие – что он успел скрыться на одном из контрабандистских судов. Но мне плевать на Вейна. Я пришёл убедиться, что ты в пор… – осекся мужчина, и внимательно на меня посмотрел. – Ты знала об этом, верно? Поэтому настояла, чтобы мы не выходили в море сегодня ночью. Не из-за какого-то сна, а потому что знала о готовящейся операции.
Я заколебалась. Врать Марку не хотелось, особенно после нашего откровенного разговора днём. Но и выдавать все детали операции тоже было бы неправильно.
– Да, – наконец призналась я. – Я знала, что что-то готовится. Но не могла рассказать тебе – дала слово сохранить тайну.
Вместо того чтобы рассердиться, Марк неожиданно рассмеялся:
– Я так и думал! Я не верю в вещие сны, Лесса. Но я видел искренний страх в твоих глазах и понял – что бы ни стояло за твоими словами, ты действительно боишься за мою жизнь. И этого было достаточно, чтобы послушаться.
– Я не сержусь, Лесса. На самом деле, я благодарен. Ты спасла меня и моих людей от большой беды. Судя по тому, что я слышал, там была настоящая битва. Несколько контрабандистов убито, многие ранены, включая пару таможенников. – Марк посерьёзнел. – Но теперь нам нужно думать о будущем. Если олдермена действительно арестуют, в городе начнётся настоящая буря. У Моргана много сторонников, особенно среди знати. Они не смирятся с его падением.
