– Ничего, – твёрдо сказал Форд. – Вы уже сделали достаточно, передав нам документы и ключ. Теперь это дело королевской таможни. Просто оставайтесь дома сегодня вечером, запритесь изнутри и не выходите до утра, что бы ни случилось. Если операция пройдёт успешно, к рассвету всё будет кончено.
– А если нет?
– Если нет… – Форд помрачнел, – возможно, вам придётся покинуть Марель. Олдермен не из тех, кто прощает помехи на своём пути.
С этими малоутешительными словами он быстро вышел, оставив меня в смятении.
Глава 18
После закрытия лавки мы с Эммой поднялись наверх и, как советовал Форд, заперли все двери и закрыли ставни. Я рассказала ей о предстоящей операции – теперь, когда всё уже началось, не было смысла скрывать информацию.
– Святые небеса, – прошептала Эмма, крестясь. – Арестовать самого олдермена! Это неслыханно. А если они потерпят неудачу?
– Тогда придётся бежать, – мрачно ответила я. – Но я верю, что королевские таможенники знают своё дело. У них достаточно доказательств, чтобы засадить Моргана и Тобиаса за решётку на много лет.
Эмма нервно выглянула в щель между ставнями:
– А что, если люди олдермена придут сюда? Они ведь знают о вашей роли во всём этом.
Я задумалась. Эмма была права – если у Моргана действительно имелись осведомители в рядах таможенников, он мог узнать о моей причастности к расследованию.
– Нужно подготовиться, – решительно сказала я. – На всякий случай.
Следующий час мы потратили на сооружение импровизированной баррикады. Придвинули тяжёлый дубовый комод к входной двери, заблокировали окна первого этажа ящиками с солью и льдом для хранения рыбы. Я достала два острых разделочных ножа – для себя и для Эммы – и спрятала в складках платья.
– Никогда не думала, что доживу до дня, когда буду баррикадироваться от олдермена, – проворчала Эмма, помогая мне затаскивать тяжёлый сундук к лестнице. – Ваш отец, упокой Господь его душу, наверное, перевернулся в гробу.
– Или гордится нами, – возразила я, вытирая пот со лба. – Он ведь боролся против Моргана, пытался раскрыть его преступления. Мы просто заканчиваем то, что он начал.
Ужинали мы в напряжённой тишине, прислушиваясь к каждому шороху на улице. С наступлением темноты город затих, но эта тишина казалась зловещей, наполненной ожиданием.
– Что-то должно произойти, – нервно сказала Эмма, глядя в окно сквозь щель в ставнях. – Уже почти полночь, а всё так тихо.
Как бы в ответ на её слова, со стороны южной части города раздался отдалённый грохот, похожий на взрыв.
– Началось, – выдохнула я, подходя к окну.
В следующий момент где-то совсем рядом раздались крики и топот множества ног.
– Они идут сюда! – в ужасе прошептала Эмма, отпрянув от окна.
Я прильнула к щели между ставнями и увидела группу мужчин, человек шесть или семь, быстро приближающихся к нашей лавке. В тусклом свете фонарей блеснула сталь – у некоторых в руках было оружие.
– Ищите девку Хенли! – крикнул кто-то из них. – Олдермен приказал привести её живой или мёртвой!
Я похолодела. Значит, Морган действительно знал о моей роли в расследовании и уже отдал приказ о моей поимке. Операция таможенников, судя по всему, пошла не так, как планировалось.
– Эмма, гаси свет, – шепнула я, отступая от окна. – И ни звука.
Старушка послушно затушила лампу, и мы погрузились в темноту. Снаружи раздался громкий стук в дверь, от которого задрожали стены.
– Хенли! Открывай, тебе некуда бежать!
Я задержала дыхание, молясь, чтобы наша баррикада выдержала.
– Выламывайте дверь! – приказал все тот же голос. И тотчас последовала серия глухих ударов – люди олдермена пытались выбить дверь, но крепкое дерево и массивный комод пока держались.
– Может, через окно? – предложил кто-то.
– Давай, только тихо.
И вскоре я услышала скрип со стороны одного из окон – они пытались отжать ставни. Сжимая в руке нож, я бесшумно приблизилась к источнику звука. И вот доска ставни затрещала, поддаваясь, и в образовавшуюся щель просунулась рука, нащупывая задвижку изнутри. Ни секунды не раздумывая, я ударила лезвием по пальцам. Раздался вопль боли, и рука исчезла.
– Дьявол! Она мне руку порезала!
– Значит, она там. Тащи масло, подожжём эту крысиную нору!
При упоминании огня Эмма побледнела как полотно. Пожар был худшим кошмаром для любого горожанина – деревянные постройки вспыхивали как спички, и огонь мог уничтожить целый квартал за считаные минуты.
– Что же делать? – прошептала она, хватаясь за сердце.
Я лихорадочно огляделась, пытаясь найти выход. Бежать? Но как прорваться сквозь кольцо вооружённых людей? Оставаться? Но если они действительно подожгут лавку…
– Именем короля! Всем опустить оружие!
– Стража! Бежим! – рядом кто-то выругался, а через миг послышался топот убегающих ног, звуки борьбы, чей-то вскрик.
Мы с Эммой переглянулись, не веря своему счастью. Неужели королевская стража подоспела вовремя?
Осторожно приоткрыв ставню, я выглянула на улицу. В свете факелов виднелись фигуры в форме городской стражи и нескольких таможенников. Они окружили и повязали четверых человек из шайки, нападавшей на нас, остальные, похоже, сумели скрыться.
