Я отложила письмо и долго смотрела в окно на вечерний Марель. Предложение было заманчивым – возможность изменить к лучшему жизнь не только в одном городе, но в целых странах. Но означало ли это, что я должна буду часто отлучаться из родного города? Справлюсь ли с дополнительной ответственностью, имея двух маленьких детей?
– О чём задумалась? – Марк вошёл в кабинет с чашкой чая и сразу заметил моё задумчивое настроение.
– О выборе, – ответила я, протягивая ему королевское письмо. – Снова о выборе.
Марк прочитал письмо и присвистнул:
– Королевский советник! Это… это невероятная честь, Лесса. Такую должность предлагают раз в столетие.
– Но что это значит для нас? Для детей? Для Мареля? – я встала и прошлась по комнате. – Я построила свою жизнь здесь и не хочу её разрушать ради должности, какой бы престижной она ни была.
– А кто говорит о разрушении? – мягко возразил Марк. – В письме ясно сказано – с сохранением полномочий олдермена. Возможно, это шанс не только не потерять то, что мы создали, но и умножить это во много раз.
Я задумалась. Действительно, за эти пять лет Марель достиг такой стабильности, что мог функционировать и без моего ежедневного присутствия. Городской совет работал эффективно, кооператив имел опытное руководство, все системы отлажены.
– Знаешь, что меня больше всего беспокоит? – призналась я. – Не ответственность, не нагрузка. А то, что я могу потерять связь с простыми людьми, с обычной жизнью. Превратиться в очередного столичного чиновника, который принимает решения из башни из слоновой кости.
– Этого никогда не случится, – уверенно сказал Марк. – Потому что у тебя есть Марель. Есть эта лавка, эти люди, которые всегда напомнят тебе, кто ты есть на самом деле. И есть мы с детьми, которые не дадут тебе зазнаться.
На следующий день я созвала чрезвычайное заседание городского совета, чтобы обсудить королевское предложение со всеми, кого оно могло затронуть.
– Это большая честь для всего Мареля, – сказал Освальд, когда я зачитала письмо. – Наш город будет представлен при королевском дворе!
– Но мы не хотим потерять нашего олдермена, – добавил Гидеон. – Вы – душа всех наших начинаний.
– Никого вы не потеряете, – заверила я. – Если я приму это предложение, то только с условием, что смогу продолжать жить в Мареле и выполнять обязанности олдермена. Просто добавится ещё одна роль – помогать другим городам и странам учиться у нашего опыта.
– Тогда мы поддерживаем, – единогласно решил совет.
Через неделю я отправила ответ королю, соглашаясь на должность с оговорённой мной условием о сохранении основного места жительства в Мареле. К моему облегчению, условие было принято.
Прошёл ещё месяц, и я отправилась в свою первую поездку в качестве королевского советника – в соседнее королевство Альтарию, где местные правители просили консультации по реформе местного управления.
Поездка оказалась удивительно успешной. То, что казалось естественным и очевидным в Мареле – участие граждан в принятии решений, справедливое распределение ресурсов, поддержка мелких производителей – произвело настоящий фурор в Альтарии. Через три месяца мне сообщили, что там начали создавать первые кооперативы по марельской модели.
Вернувшись домой, я обнаружила, что город продолжал жить и развиваться без моего присутствия. Более того, городской совет принял несколько отличных решений, о которых я сама не подумала.
– Видишь? – сказал Марк, встречая меня в порту. – Мы создали систему, которая работает сама. Теперь ты можешь спокойно помогать другим, зная, что дом в надёжных руках.
Сейчас, спустя ещё два года, я могу сказать, что выбор оказался правильным. За это время я помогла внедрить кооперативную модель в семи городах трёх королевств. Каждый раз, возвращаясь в Марель, я чувствую, как восстанавливаю связь со своими корнями, с тем, что дало мне силы изменить мир.
