У лесничего на поясе висел охотничий нож, но какая-то мысль подсказала мне, что нужно действовать иначе. Правая рука нащупала булыжник граммов на 300 – хороший снаряд! В следующее мгновение каменюка стремительно полетела точно в переносицу этого козла. Одновременно с броском камня я вскочил с земли и рванул навстречу бандиту. Хруст костей, тихий вскрик, я подхватил его карабин и сделал три точных выстрела. Всё, бой закончен!
Ну да, довольно скучно и обыденно, без всяких красивых изысков. Но зато всё сделано наверняка и быстро. Тела ещё трёх любителей поохотиться с вертолёта завалились на землю почти одновременно с несостоявшимся киллером. Остался пилот. Да, я уже знал, что ему очень не нравилась вся эта ситуация. Парню было жаль убитого лося, а когда на его глазах подстрелили лесничего, молодой человек вообще пришёл в ужас и не знал, что делать. Теперь он широко раскрытыми глазами смотрел на то, что случилось с его пассажирами, и принял, пожалуй, единственно правильное в той ситуации решение – запустить винты и поднять свою винтокрылую машину в воздух.
- Спасибо, Климыч, возвращаю тебе твоё тело, - поблагодарил я лесничего и добавил, - подожди несколько минут, я скоро вернусь.
И безликим духом погнался за вертолётом. Через пару минут я проник в кабину и наблюдал, как пилот смотрел прямо по курсу, но иногда нервно озирался, будто опасаясь, что очередная пуля лесничего, замочившего всех пассажиров, достанет и его. Я внушил молодому человеку, что между мэром города и его телохранителями произошла ссора, перешедшая в кровавую разборку. Вот пусть так и доложит по возвращению на базу. Пока вертолёт прилетит в город, пока соберётся следственная группа, пока они прибудут к месту происшествия, пройдёт несколько часов. Этого будет вполне достаточно, чтобы должным образом замести следы и сделать так, чтобы следствие в итоге согласилось с версией пилота. А для этого у меня появилась довольно забавная мысль.
Когда-то стая волков хотела полакомиться мною, но тогда эта затея закончилось печально для многих из них. Зато сейчас другие волки смогут прекрасно пообедать! Леший откуда-то знал, что в пяти километрах от места кровавой драмы рыщет стая волков из 12 особей. Я покинул вертолёт и направился к серым хищникам. Через минуту завис над стаей, они что-то почувствовали и задрали морды в небо. Леший сразу определил вожака и внушил тому, что недалеко отсюда есть возможность отлично похарчеваться. Вожак ментально получил от меня изображение тропы, по которой можно было добраться к этому месту, и вскоре вся стая, вытянувшись в длинную цепочку, радостно побежала на обед. А я вернулся к Михаилу, завернул его в защитное поле и направился вместе с ним по известному Лешему маршруту. Но перед этим перенёс Хаску на полкилометра от места, куда скоро должна была прибыть дюжина волков. Я знал, что защитное поле надёжно закрывает четвероногого друга лесничего, но, как говорится, бережённого Бог бережёт. Напоследок сказал Хаске, что через пару часов займусь и ею. Собака ничего мне не ответила, поскольку спала крепким сном.
Бедолагу лося я не стал никуда переносить, а просто накрыл защитным полем, и теперь всем будет казаться, что здесь лежит не тело большого животного, а огромный валун, вот и пусть обходят это место. Мне не хотелось, чтобы волки сожрали красавца лося, пусть утоляют голод убиенными мною бандитами. Я представил себе, какое здесь будет кровавое пиршество. Так что серые хищники заметут следы пребывания в этом месте лесничего и его собаки, а следователям, которые прибудут сюда в лучшем случае через несколько часов, останется собрать косточки и разодранную окровавленную одежду этих любителей поохотиться с вертолёта на беззащитное животное. Я постоял с полминуты над телом лося, а потом затянул его жгутами таинственного силового поля, того самого, которое погружает биологическое существо в состояние, похожее на анабиоз. В тот момент я и сам не мог объяснить, для чего я это сделал, но опять какая-то интуиция подсказала мне, что нужно сделать именно так.
