Следующая ночь обещала быть прибыльной, а пока остался час до путины. Нужно освободиться от хлама, распродаться и быть возле портала, когда он откроется.
Свалка… Слова, как такового, было недостаточно, чтобы описать это место. Гора гниющего мусора, отбросов цивилизации, словно вздувшаяся от гноя рана на теле города Панагрина. Искореженные телеги, сломанные игрушки, лохмотья, пропитанные запахом мочи и разложения. Ветер, проносясь над этим кладбищем забытых вещей, разносил тошнотворный смрад, сплетая его с запахом прокисшего пива. Крысы размером с кошек рыскали в поисках пищи, а над всем этим кружили жирные вороны, терпеливо ожидая своей очереди.
Я, затаив дыхание, копался в этой клоаке, выискивая дрова. Где-то здесь, в этой помойке, наверняка найдется тележка, которую можно починить и использовать для доставки этого «золота».
Под слоем гнилых досок и проржавевшего железа проглянуло одинокое, ржавое колесо — осколок забытой истории. Словно кость, торчащая из земли, оно манило к себе, обещая шанс на спасение. Еще немного усилий, напряжение мышц возрастало — и из утробы свалки показалась полуразвалившаяся телега.
Оси сломаны, дно истлело, но кое-что еще можно починить. С помощью обрывков старых веревок и найденных досок, я вдохнул в нее новую жизнь. Конечно, она скрипела и качалась, но для перевозки нетяжелых грузов вполне годилась.
Только я собрался оттащить свое трухлявое приобретение в сторону, как заметил что-то в глубине кучи тряпья. Там лежал парень. Имя? Неизвестно. Он был бледен, словно полотно, покрыт холодным потом, и дышал с трудом. Жизнь едва теплилась в этом изможденном теле.
Не раздумывая, я осторожно уложил парня на только что отремонтированную телегу. Не как труп, а как драгоценную ношу, требующую бережного отношения. Скорая помощь? Здесь не было никаких пластиковых чемоданчиков с надписью «Реанимация», да и диспетчерская служба отсутствовала, как класс. Но бросить парня здесь, на свалке, означало обречь его на верную смерть. Я как фельдшер сделать этого категорически не мог!
«Куда везти?» — подумал я, оглядываясь по сторонам. В голове не было ни одной здравой мысли. Что он вообще мог тут сделать?
Справочная? Нет, здесь не было телефонных будок и информационных бюро. Оставались только Стражи. Может, они что-то подскажут.
Рискуя навлечь на себя гнев блюстителей порядка, я подкатил телегу к воротам. Стражи, увидев меня и умирающего парня, нахмурились, но выслушали. К удивлению, моя небольшая, но уже заметная репутация сыграла свою роль. Стражи направили мою ношу в Храм. Там, говорили они, есть монахи-клерики, обладающие даром исцеления.
Храм возвышался над городом, словно маяк надежды в море отчаяния. Высокие, остроконечные шпили, устремленные в небо, казались пронзающими тучи греха и скорби. Стены, сложенные из светлого камня, украшали витражи с изображениями святых и героев. Внутри царил полумрак, нарушаемый лишь мерцанием свечей и тихим пением монахов.
