– Да что с тобой могло бы случиться? Забеременела бы. И стала бы никому ненужной порченной девкой! – Криво усмехнулась женщина, уже привычно сматывая кусок ткани, который она успела изготовить до темноты. – А потом тебя бы просто забили камнями, когда ты попыталась бы заявить, что не виновна в случившемся блуде. Ведь любое обвинение священнослужителя в подобном преступлении было бы просто голословным с твоей стороны. А он вряд ли признал бы подобную глупость. Так что тебя бы просто забили бы камнями как какую-то гуляющую девку. И что тогда? Мало того, что тебя бы просто убили. Так ещё и мне бы досталось. Как матери этой самой гулящей девки, которая не смогла её воспитать как следует. Но гадость основная не в этом, дорогая моя. А в том, что ты не смогла бы сопротивляться. Если бы он начал настаивать на близости во время исповеди или причастия, тебе бы пришлось это сделать. Потому что любой отказ во время причастия совершить это так, как хочет того священник, подразумевает тот факт, что внутри тебя сидит демон, который управляет телом и не хочет проведения священной процедуры. Это факт, с которым ты никак не поспоришь. Так что, ты меня поняла? Выбирай… Либо ты выйдешь замуж за этого Семёна, который сможет нас обеих обеспечивать, либо за какого-нибудь крестьянина. Я не уверена в том, что этот святоша забудет о том, что случилось в нашей деревне. А значит, он может в скором времени сюда всё-таки вернуться. И, скорее всего, это произойдёт тогда, когда он вернётся с достаточно большой группой поддержки. Судя по всему, он попросит помощи у какого-нибудь графа или даже герцога? И что тогда ты будешь делать? Боюсь, что в данной ситуации тебя просто отдадут этим самым стражникам. На потеху. После чего выбросят за ненадобностью. И всё равно забьют камнями. Так что, думай.
Надо сказать, что после таких откровений девушка надолго задумалась. Так как ситуация сложилась именно таким образом, что у неё банально не оставалось выбора. Маша действительно не могла ничего поделать. Не могла никак исправить ситуацию. И это понимала не только её мать. Но и сама Маша.
