– Фронт, дугой тянется от Екатиринославки до реки Зеи. Белогорск по центру… У противника – три оперативных направления. Получается, очень большой разброс сил. А фланг от Беляковки, до Амура держать надо. Это сто верст, не меньше. И китайцы знают, что мы ударим с той стороны и ждут нас…Надо ударить со стороны Райгородка. Получится хоть и в лоб, но неожиданно..
Генералы переглянулись. Их взгляд, ничего хорошего не предвещал..
– А пластун‑то, прав…Неожиданно громко сказал доселе молчавший полковник Авдеев.
– Мне самому что‑ то подобное, в голову приходило. Вот ещё, что, можно без артиллерийской подготовки попытаться атаковать. После удара ВВС и оперативно‑тактических ракет – сразу атаковать. Перемещать такую массу артиллерии на север, муторно. Забьем все дороги да и косым – план раскроем. А артиллерийскую подготовку – на ложном направлении провести.
– Ладно, обсудим подробности позже… Ээээ…майор, как вас там..
– Пшеничный..
– Во‑во. Пшеничный, я вас поздравляю. Сдавайте батальон…Вы теперь в оперативной группе..
– Но, господин генерал‑полковник. Я ни дня не служил в штабе. я боевой офицер..
– Вот и хорошо. Это взбодрит наших пентюхов штабных. а то сидят, гемморой отращивают. Стрелки на картах, бл. дь красивые рисуют. Группу возглавит – полковник Авдеев. Вам полковник‑ оборону рвать, значит вы‑ к теме ближе будете. Бригаду – на время сдайте заместителю..
Артем боялся зря, сидеть за картами, его никто не заставлял, а вот намотаться по разбитым проселочным дорогам, определяя маршруты для выдвижения войск – пришлось. Назвался груздем‑ лезь в кузов. Как не странно с командиром импровизированной опергруппы – полковником Авдеевым, Пшеничный сработался сразу. Выяснилось, что Пал Палыч – бывалый фронтовик, но успел поработать на штабной должности[160]
– Ж..па у нас с пополнением, Пшеничный. Авдеев смачно сплюнул и забористо, от души, выматерился… Либо вообще в армии не были, либо всю службу – вагоны разгружали и заборы красили. А через двое суток‑ в бой.
Артем кивнул. Только что, ему попалась такая учебная рота. Рекруты были ещё в штатском, в спортивных и джинсовых костюмах с рюкзаками и баулами. Они стояли толпой на опушке и что то жевали, видимо еще из домашних запасов. Чуть поодаль стояло – чудо..
Лощеный, пузатый и мордастый мужчина в белом костюме махал перед страшим лейтенантом и угрюмым прапорщиком какой то красной книжицей и о чем то орал..
– Вы понимаете, я‑ Исаков!!! Ответственный работник Министерства обороны…Историк и литератор! Я требую – представителей командования. Это ошибка, произвол. Меня здесь быть не должно..
– Вы что, инвалид? Тогда как работаете в госучреждении? Резонно спросил офицер, которому этот лощеный толстяк уже начинал надоедать..
– Нет, не инвалид. Я гражданский специалист министерства обороны, работаю в архиве и…
– Да мне‑ насрать! Насрать, где ты там в Москве – работаешь. Историк‑ мля. Военнообязанный – значит всё! Встань в строй, гнида брюхатая! Сорвался на крик, очумевший от воплей старлей.
Пшеничный‑ неожиданно вспомнил. Он читал книгу этого историка. Где Исаков, воспевал, массированное развертывание новых дивизий РККА в сорок первом году. Когда едва сколоченные, необученные и плохо вооруженные дивизии бросались под немецкие танки, в надежде на то, что "блицкриг" завязнет в человеческом мясе и потоках крови. Оказавшись в подобной ситуации, горе‑историк, ничего лучшего не нашел как устроить скандал… Забыл, что в армии – он никто и звать его‑ никак…. Необученный рекрут, салабон …одним словом А в иные времена – шлепнули бы товарища историка тут же, на опушке. Для поднятия боевого духа и борьбы с потенциальными паникерами. Но ничего, скоро его научат Родину любить. Вон как прапор, зенками то сверкает..
Перед самым наступлением, Артема снова вызвали в штаб. Уже не опергруппы, целого армейского корпуса. К генералу Неклюдову. Только зайдя в кондиционированное помещение – Пшеничный, тут же наткнулся на своего непосредственного командира, комбрига Кологрива.
– Во, пропащая душа… Слыхал Пшеничный, что ты у нас в Бонопарты метишь?
– Да. Никак нет. Просто сказал, что…
– Знаю, что ты сказал. Ну так радуйся, Пшеничный. Пора тебе вернутся в родные пенаты… Ты ведь свой батальон сдал?
– Так точно, на время..
– Угу. Принимай первый батальон. Подполковник Бакулев, сегодня ночью на мину в собственном тылу напоролся. До колена – ногу оторвало, еле выжил. Кончилась твоя штабная деятельность, майор.
– Есть принимать первый батальон.
"Ну что же. Хоть вернусь к своим. А то не Богу свечка ни черту‑ кочерга. Мотаюсь по тылам в непонятно какой роли"
Пока Артем был откомандирован в "группу Авдеева", вся Амурская пластунская бригада – оказалась в сборе и хоронилась в бескрайних лесах. Это было правильно, несмотря на потери, пластуны‑ оставались одним из самых боеспособных соединений на восточном стратегическом направлении.
