— А я бы съел что-нибудь! — Возразил Лёша, выбираясь с мягкого дивана, и снова обратился к Альваро: — Гитара просто нереальная! — Он опустил её на подставку, но Альваро тут же поднял её и протянул ему со словами:
— Она твоя.
Лёша перевел взгляд на сестру, недоверчиво нахмурив брови.
— Я серьезно, бери. — Альваро хлопнул его ладонью по плечу. — Может, хоть ты будешь играть на ней больше, чем я.
— Спасибо, но она слишком дорогая.
Лидия, поняв, по ошарашенному лицу брата что происходит, подошла к нему и тоже хлопнула по плечу.
— Ты же хочешь, бери, это не проблема.
Леша неуверенно протянул руку, взяв гитару за гриф. Он залился счастливой улыбкой, как маленький мальчик, мечтающий стать рок-звездой, которому подарили гитару, одну из ста таких в мире.
— Спасибо! — он протянул Альваро руку для пожатия, всё ещё пребывая в шоковом состоянии.
— Пожалуйста, сейчас найду чехол, и, может, ещё несколько комплектов струн.
Ночь была неправдоподобно светлая. Виной тому пепельное лицо луны, любопытно заглядывающее в окна до самого рассвета.
Альваро, притащив из кабинета в спальню ноутбук и стопку бумаг, на пару часов обосновался за столом. Лидия уложила всех спать, приняла душ и планировала уснуть сама, но сон всё не шёл, не желал пресекать тёплые приятные мысли в её голове. Она бесконечно проматывала в памяти этот вечер, проведённый под пение гитар, и каждые пару минут забывала, что нужно дышать. В её груди созревало чувство тепла, которое по очереди подпитывали тревога и спокойствие, растекалось по телу и заставляло улыбаться, глядя на него.
— Альваро
— М?
— Обними меня.
Мужчина отложил бумаги и поднялся с кресла. Улыбаясь, он подошёл и, обхватив её руками, прижал к себе.
— Что случилось?
— Ничего. Просто захотелось оказаться здесь. — Она спрятала лицо в изгиб его шеи, касаясь мягкими расслабленными губами.
— Ты невероятная.
— Почему же? — спросила девушка, не отрывая голову от его плеча.
— Умеешь создавать такие моменты, вспоминая которые во время работы, я улыбаюсь как идиот.
Её тихий, но звонкий смех пронзил ночную тишину.
— И какие же моменты ты вспоминаешь?
— Их много.
— Не увиливай, скажи.
— Их действительно много. Например, вчера утром, поправив ворот моей рубашки, ты сделала так. — Альваро собрал русые волосы и, откинув их за плечи, нежно коснулся губами её шеи. — А когда вечером проходили по комнате мимо меня, молча, провела когтями по моей спине.
— Мне захотелось тебя коснуться. Я ведь говорила, что через касания выражаю свои чувства куда лучше, чем словами.
— Значит, ты со всеми так взаимодействуешь. А я почти поверил, что я особенный.
— Нет, ты самый обычный. — В её глазах, затемнённых его тенью, сверкнули смешинки. — Но обычно я не делаю вот так. — Она губами провела по его шее и щеке, царапаясь о щетину, затем оставила на скуле мокрый громкий поцелуй и коснулась кончиком носа. — А ещё вот так не делаю. — Девушка провела рукой по его волосам, пропуская сквозь пальцы черные пряди, и сжав на затылке, запрокинула вверх голову мужчины. До последнего цепляясь взглядом за изумрудные глаза, она опустила поцелуи на его шею, ключицы и ворот расстегнутой рубашки. Альваро не сопротивлялся, он крепко стоял на ногах, и его тело напрягалось ещё больше с каждой секундой.
— Ты моя слабость. — Тихо сказал он, опуская голову. Лидия замерла, разглядывая умиротворение на его лице. Несколько мгновений Альваро, казалось, наслаждался растерянностью в её глазах, а затем продолжил. — И ты моя сила. — Он положил ладони на её щеки и, притянув ближе к себе, прижался лбом ко лбу.
— Это не так. Твоя сила в тебе самом.
— Всё ещё предпочитаешь спорить со мной на эту тему?
— Упрямство нас двоих не помещается в этой комнате. Протискивается сквозь гордость и давит на ледяные от холодной ночи стекла.
— Я уже смирился с тем, что моё упрямство как раненый щенок прячется под кроватью, когда ты стоишь на своём.
— Раненый щенок, это никоим образом не про тебя.
— А что же про меня?
— Хочешь, назову тебя кобелем? — она положила ладони на его плечи и медленно скользя, провела вниз по рукам, затем снова поднялась и остановилась на его шее
— Скорее преданной собакой. — Мужчина говорил не торопясь, будто на ходу забывал слова. Он наблюдал за её игрой, за озорными глазами за сжатыми от напряжения губами.
— Ты, как и я знаешь, что мы с тобой другие животные. — Девушка плавно перенесла руки с его шеи на свои бёдра, и, скользнув по глянцевой ткани, потянула за пояс шелкового халата. Горящими глазами она удерживала его взгляд, медленно дразня, распахивая халат. Альваро проиграл. Халат тут же оказался на полу.
Прижавшись обнаженной спиной к холодному окну, она запрокинула голову и звонко засмеялась, хватая воздух губами. Её кожа вмиг покрылась мурашками. Оторвав взгляд от её Лица, Альваро проследовал к её груди, тут же прильнув губами.
— Я буду кричать! — задыхаясь, сказала она, и запустила пальцы в черные как смоль пряди.
— Обычно ты кусаешь меня, чтобы заглушать звуки.
