Старик опять объяснил ей, что блинная да ватрушная тучи с рассвету летели, о деревья задели и обсыпались по краям. Наконец дошли до той самой сухой ёлки, которую срубил дед. Сунул он руку в дупло, а там золото, — в такой день, особенный, счастливый, всё может быть!
И случилось так, что в это время где-то в лесу упало дерево и прищемило медведю лапу. Он и взревел на весь лес.
— Это что ещё такое? — спрашивает старуха.
— А это на нашем барине черти воду возят, — не задумываясь ответил старик. — Так он с непривычки порявкивает.
Воротились домой.
Старуха на лавке вертится, усидеть не может: хочется ей до смерти на улицу к соседкам.
— Ладно, — говорит старик. — Ступай. Только смотри никому не говори, что мы с тобой в лесу сегодня золото нашли.
Вы, конечно, поняли, что в голове у старухи мозгов было совсем мало, а может быть, и вовсе не было. Едва она выбежала на улицу, как тотчас же стала под строгим секретом всем соседкам рассказывать, как они с мужем нашли в лесу клад.
Ну конечно, пошёл слух по деревне, дошёл до злого барина. Позвал он к себе старика со старухой:
— Где ваше золото, подавайте его сюда!
Старик стал отпираться, а старуха всё барину выкладывает — нашли, мол, нашли.
— Да что вы её слушаете! — говорит старик. — Она всё это небось во сне видала.
— Как это — во сне?! — запальчиво кричит старуха. — Ничего не во сне!
А барин, конечно, радуется её глупости.
— Расскажи-ка, — говорит, — расскажи, как дело было?
И стала старуха рассказывать.
— Было это, батюшка барин, в счастливый день, когда заяц в рыбачью сеть попал, а рыба вся по кустам разбежалась, там мы её и собирали. На берёзе в тот день блины висели…
— Ты это что же такое мне рассказываешь?
— Так, батюшка барин, так! Такой день был особенный, счастливый, в такой день всё может быть. Это блинная туча с рассвету летела, о берёзу задела, билась-колотилась, с краю…
— Да ты что, старуха, — спрашивает барин, — полоумная? В какой же это такой день всё делалось?
— Да неужто вы, барин, запамятовали? Ведь это в тот самый день было, когда на вас черти воду возили, а вы с непривычки порявкивали.
— Вы, ребята, и ты, пёс, и ты, кот, — вы, конечно, догадываетесь, чем кончилось дело. Барин рассердился, прогнал обоих, а старику только того и нужно было.
Вся наша компания очень смеялась этой сказке.
— Ну, я прямо так их и вижу! — воскликнула дочь. — Так и вижу! Лесная полянка, а на ней стоит старуха, смотрит на берёзу, а там… блины на ветках качаются!
— Чудо природы! — рассмеялся сын.
Дети у меня двойняшки, но бывают двойняшки, которые похожи друг на друга как две капли воды. А мои друг на друга совсем не похожи.
Валентина — тоненькая, как стебелёк (особенно когда она в ковбойке и тёмных брючках); она вспыльчива, а когда разговаривает, машет руками.
Павлик, напротив, человек основательный и, скорее, задумчивый. Во всяком случае, говорит он гораздо меньше и руками при этом не машет. У него сильно развито чувство собственного достоинства. Правда, бывают случаи, когда он… Но об этом в другой раз.
— А как всё же старик врал! — сказал кот. — Как врал! Молодец! Целый день работал, настоящий спектакль поставил: зайца поймал, рыбы наловил, пироги пёк, — и всё это для того, чтобы набрехать получше. Нет, вот это я люблю! Всех обманул, а денежки себе оставил.
— Разве он врал для того, чтобы оставить себе деньги? — недоуменно спросил сын. — Ради денег?
— А для чего же ещё?
— Но… — начал Павел и замолчал.
— Никаких «но», — засмеялся кот, — дело ясно как день. Старик врал из-за денег. А старуха-то сдуру стала правду говорить. А правду говорить нельзя. Нужно врать.
— Но… — начала было дочь и тоже замолчала. Она была в растерянности и не знала, что возразить.
— А что «но», что «но»? — подхватил кот. — Ты мне скажи, ты хотела бы, чтобы старухе поверили, что они в лесу клад нашли?
— Нет…
— Вот то-то и оно, что нет. А ты хотела бы, чтобы старику удалось всех обмануть?
— Да…
Мои бедные дети терялись всё больше и больше.
Они твёрдо знали, что лгать нельзя, а тут вдруг оказывалось, что это не только можно, но ещё и очень даже хорошо. Вот старик всем наврал: и жене, и барину, и целой деревне, — наврал, а мы почему-то этому рады. Между тем его глупая старуха всё время говорит правду, одну только чистую правду. И что же? Мы её нисколько за это не уважаем, напротив, она нас сильно раздражает и нам хочется, чтобы никто ей не поверил.
Как же всё это объяснить?
Но я не вмешивалась в спор моих детей с котом, даже несмотря на то что они явно смешались, а Васька торжествовал.
И тут я заметила, что Ральф думает. Он так сосредоточенно хлопал своими прекрасными ореховыми глазами, что на этот счёт у меня не осталось никаких сомнений. Он воображал.
— А что ты, пёс, думаешь по этому поводу? — спросила я. Мне было интересно, что он скажет.
— Я думаю, — медленно ответил Ральф, — что старик соврал не потому, что ему нужно было оставить у себя деньги.
— А почему же ещё? — насмешливо спросил кот. — Чтобы насмешить людей?
