Он потратил немало времени на настройку имитатора речи и изображения. Ведь теперь ему нужно будет каждый день связываться с сыном. Программа позволяла преобразовывать изображение и речь одного человека в изображение и речь другого. Получалось достаточно правдоподобно.
Уже борясь со сном, он нашел в сети типовое завещание (никто ведь не думает о завещании в тридцать лет) и завещал все свое имущество сыну Наю, а в случае смерти того до совершеннолетия – институту по исследованию врожденных детских болезней.
Он никому ничего не писал. Его родители жили порознь, каждый со своей новой семьей, и они постепенно отдалились. Он не хотел их беспокоить, а еще больше – отвечать на множество ненужных вопросов. Кроме того, он хотел избежать лишних объяснений. Все было кончено.
Он выключил свет и до четырех утра промучился без сна, а потом заснул, ворочаясь и бормоча что-то неразборчивое.
Аарон проснулся от ненавязчивого пиканья коммуникатора. Все его проблемы были далеко и глубоко, маленькой точкой в сознании. Он был недоволен пробуждением. Сладко потянулся на кровати и вдруг… все вспомнил. ЛИМУЗИН!
Он рванул к окну и увидел припаркованный возле входа лимузин. Дикси все в том же черном костюме стоял перед калиткой дома с озабоченным выражением лица. Он явно намеревался войти. «Нет, не надо, не надо», – шепотом запричитал Ар, преодолевая большими шагами расстояние от окна до коммуникатора. Вот что это так мерзко пикало – Дикси звонил ему. Прервав очередной сигнал, Ар нажал кнопку и услышал в голове недовольный голос:
– Аарон, вы заставляете господина Рокуела ждать. Он этого очень не любит.
– Я уже одеваюсь. Не нужно заходить, вы разбудите сына, – мысленно ответил Ар.
Он тут же закончил разговор и принялся надевать приготовленную с вечера одежду. Еще вчера он решил, что перед уходом не будет будить Ная. Нервы могут его подвести, и по тому, как он будет прощаться, сын может понять, что речь идет не о недолгой поездке.
Одеваясь в спешке, он уронил на пол вешалку, чем наделал шуму. Потом долгую минуту Ар стоял, не шевелясь, и вслушивался, не проснулся ли Най, но его сын мирно спал в своей постели. Когда Ар вышел, то ему сразу же пришлось выдержать взгляд Дикси.
Глаза на этот раз ему никто не завязывал, но Ар и не подумал даже следить, куда везет его автомобиль. Лимузин слегка качнулся вперед, обозначив остановку. Ар оглянулся и понял, что находится в неизвестном месте. Повсюду были деревья. Они, скорее всего, находились в каком-то из многочисленных парков города. Перед ними стояло небольшое приземистое здание с плоской крышей. «Похоже больше на военный бункер, чем на больницу», – он адресовал фразу Дикси, когда вышел из авто, но тот и это замечание оставил без ответа: только указал дорогу и сам пошел впереди.
Оставив попытки поговорить с проводником, Ар последовал за ним через несколько невзрачных коридоров. Никакого декора: пол, стены, потолок. Они прошли мимо множества дверей без номеров. Дикси остановился около одной из них, которая, по мнению Ара, ничем не отличалась от предыдущих.
– Заходите. Разденьтесь до трусов и оденьте накидку, – Дикси нарушил свое молчание, указав на пакет, лежащий в углу кушетки.
Не дожидаясь какого-либо ответа, помощник Гарольда закрыл дверь с наружной стороны, и, что неприятно удивило Ара, даже запер, судя по звуку, дверь ключом.
