Лети, светлячок [litres] полностью

И еще:

Она перевернула страницу. Снова письма.

– Ты подписывалась «твоя дочка Талли». Думала, будто я не знаю, кто ты?

Талли издала какой-то звук. Глаза у нее открылись. Дороти вскочила:

– Талли? Ты меня слышишь?

Талли вздохнула, словно от усталости, и снова закрыла глаза.

Дороти долго стояла, ждала. Талли открывала глаза довольно часто, но каждый раз продолжения это не имело.

– Ладно, еще почитаю. – Опустившись на стул, Дороти перевернула страницу.

В альбоме были сотни писем, написанных сперва неуклюжим детским почерком, но, по мере того как шли годы, различалась рука молодой, уверенной в себе женщины. Дороти прочла их все.

Дороти отчаянно хотелось отложить альбом, каждое слово ранило ее в самое сердце, однако остановиться она была не в силах. Перед глазами проходила жизнь ее дочери, доверенная бумаге. Дороти читала сквозь непрерывно катящиеся слезы, читала и перечитывала каждую записку, открытку, вырезку из школьной газеты.

Поток писем прервался в 1972 году. Ни обиды, ни обвинений в них так и не появилось – они просто-напросто взяли и закончились.

Дороти перевернула последнюю страницу и увидела маленький синий конверт, приклеенный к обложке. Он был запечатан и подписан: «Дороти Джин».

У нее перехватило дыхание. Дороти Джин – так ее называл лишь один человек.

Она медленно открыла конверт и взволнованно произнесла:

– Тут письмо от моей мамы. Ты знала об этом, Талли? Или она наклеила конверт, когда ты уже махнула на меня рукой?

Она вытащила из конверта листок бумаги, тонкий и мятый. Возможно, письмо смяли, а потом снова разгладили.