– Вы столь общительны, – роняет Экзальта. В ее голосе звучит раздражение, почти зависть, и Кейт хочется напомнить матери, что сами они никого не знают, потому что за все десятилетия, проведенные здесь, общались только в одном заведении, клубе «Поле и весло». Клуб часто кажется сердцем острова, но, оглянувшись вокруг, Кейт видит целое сообщество жителей – летних и круглогодичных, – с которыми не знакома. Этим летом она не может тревожиться из-за ограниченного круга общения; это роскошь для женщины, чей сын на войне. В настоящий момент Кейт остается только сосредоточиться на спектакле. В нем не затрагивается военная тема, и это хорошо; Кейт не смогла бы справиться с «Югом Тихого океана», например, или даже с «До свидания, Берди»[43]. Этот же мюзикл – о бейсболе.
Но когда в зале гаснет свет и начинается представление, Кейт становится не по себе. Сюжет кажется вполне невинным: давний болельщик клуба «Вашингтон Сенаторз» отчаянно хочет, чтобы его команда победила «Янкис» и выиграла кубок. Но фабула быстро превращается в историю о продаже души дьяволу. Персонаж мистера Эпплгейта собирается превратить старика Джо Бойда в Босоногого Джо Харди, талант которого приведет «Вашингтон Сенаторз» к победе… в обмен на душу.
Кейт изо всех сил старается не проводить параллели. У них с Биллом есть соглашение, взаимопонимание. Они с внуком могут остаться на неопределенное время… если Кримминс найдет способ вернуть Тигра домой.
А если этого не произойдет?
Шоу завораживает. Кейт надолго погружается в сюжет. Билл Кримминс сидит между ней и Экзальтой, но Кейт все равно замечает, что мать подалась вперед, увлеченная актерами и музыкой.
Женщина, играющая Лолу, просто сногсшибательна. Кейт узнает в ней одну из тех, кто прошлым вечером сидел за первым столиком в «Опера Хауз». Актриса поет: «Все, что Лола хочет», – и Экзальта тихонько подпевает.
Ну да, думает Кейт, такая песня по вкусу матери.
А сама решает этим же вечером поговорить с Биллом Кримминсом. Она не может ждать еще день. Никсон пообещал начать отправлять парней домой, но во Вьетнаме все еще полмиллиона солдат и первыми уйдут те, кто пробыл там дольше всех, то есть не Тигр. Кейт хочет верить, что мирные переговоры, проходящие в Париже, дадут результат, но участники переговоров даже не могут решить, какой стол подойдет – круглый или прямоугольный[44], – так как же они собираются сгладить идеологические разногласия?
У пьесы счастливый конец: Босоногий Джо выигрывает кубок, избегает вечного проклятия и воссоединяется с единственной настоящей любовью, своей женой. «Мне не нужно, чтобы решение преподнесли на тарелочке с голубой каемочкой», – думает Кейт. Ей просто нужно, чтобы Тигр вернулся домой.
Когда опускается занавес, Экзальта вскакивает, бурно аплодируя, следом встает Билл Кримминс, предположительно в знак почтения к хозяйке.
«Все, что Экзальта хочет, Экзальта получает», – думает Кейт. А вскоре встают и остальные зрители. Раздаются свистки и возгласы одобрения. Актеры кланяются снова и снова.
Включается свет, и, хоть Кейт и понравилось представление, она рада, что спектакль закончился.
Возвращаясь по Фэйр-стрит, Экзальта восклицает:
– Представление было просто чудесным, не так ли?
– Великолепным, – от души соглашается Билл Кримминс.
– Пойдемте ужинать, – предлагает Экзальта.
– Мама, – роняет Кейт.
– В «Топку», – продолжает Экзальта. – Я там была только раз за все лето, а это прямо через дорогу!
– Я бы съел пару поповеров, – соглашается Билл Кримминс. – А мадам Т. меня обожает, как вы знаете.
– Ты нравишься всем на острове, Билл, – замечает Экзальта.
– Я пас, – отказывается Кейт. Ей нравится обедать в «Топке» на осенних выходных, но летом там чудовищно жарко. Кроме того, у Кейт не хватит терпения сидеть и вести светскую беседу о шоу при наличии неотложных дел, которые нужно обсудить с Биллом Кримминсом. Она уверена, что если откажется, то Экзальта тоже передумает. Иначе что мать собирается делать? Пойти на ужин вдвоем с Биллом Кримминсом?
Да, очевидно, что так и есть. Билл Кримминс берет Экзальту под руку, и они переходят на другую сторону улицы, оставляя Кейт стоять перед «Все средства хороши».
Она говорит, что ей все равно. Заходит в дом и наливает себе водки.
Кейт успеет выпить три рюмки к моменту возвращения матери с Биллом Кримминсом. Они обмениваются короткими пожеланиями спокойной ночи, затем Кейт слышит шаги Экзальты на лестнице. Билл Кримминс входит на кухню, насвистывая «Босоногий Джо из Ганнибала», пиджак он несет на пальце. И пугается, заметив Кейт, сидящую в кромешной темноте с водкой со льдом, его лицо искажается ужасом, как будто он столкнулся с самим дьяволом.
– Билл, – говорит Кейт.
– Кэти.
Снова это отвратительное прозвище. Кейт встает, опираясь на стол.
– Я хочу узнать о Тигре.
Лицо Билла мрачнеет, и она хватается за край стола.
– Я переоценил влияние своего шурина, – говорит Билл. – Он не в состоянии подергать за ниточки, чтобы вернуть Тигра домой.
