«Союзный парламент обсудил армяно-азербайджанский конфликт. В ходе развернувшихся жарких дискуссий представители Азербайджана и Армении активно отстаивали свои позиции. К сожалению, складывалось впечатление, что они не слышат друг друга. Однако знаменатель у бурных дебатов был общий – кровопролитию незамедлительно должен быть положен конец. В итоге было принято предложение А. Лукьянова – продолжить обсуждения в комиссии по национальной политике Совета национальностей Верховного Совета СССР».
«После того, как исчезло леденящее дыхание идеологической борьбы между блоками, снова начинает разворачиваться пожар национализма. Повсюду – от Грузии и Азербайджана до Квебека – приближающийся двадцать первый век начинает пугающе напоминать век девятнадцатый. В такой поворотный момент истории необходимо снова заявить о тех современных, либеральных принципах государственности, следование которым избавляет нас от кровавых последствий политики, основанной на национализме. Канадский опыт может послужить примером всем странам, которые пытаются справиться с поднимающейся волной национализма.
Если шесть миллионов канадцев французского происхождения не в состоянии договориться о суверенитете с двадцатью миллионами своих сограждан, говорящих на английском или иных языках, то что уж говорить о менее благополучных регионах мира, где лишения подливают масло в огонь вековой враждебности?»
Когда позвонил сам Михаил Сергеевич и пригласил на совместную встречу в Новоогареве, Ельцин не удивился. Он понимал, что подобная встреча должна рано или поздно состояться. Слишком много нерешенных проблем, слишком много неурегулированных вопросов. И, наконец, Горбачеву была нужна эта встреча, чтобы показать его готовность к компромиссу. Не меньше нужна была эта встреча и Ельцину, чтобы несколько скорректировать свой имидж «разрушителя». Таким безответственным низвергателем его подавали оппоненты. Нужно было соглашаться на встречу. К его изумлению, Горбачев сам заговорил о проекте Союзного договора, объявив, что через несколько дней состоится встреча в расширенном составе с руководителями союзных республик.
– Михаил Сергеевич, мы должны зафиксировать готовность Центра предоставить республикам большую самостоятельность в рамках Союзного договора, – предложил Ельцин.
– Поэтому мы предлагаем собраться и выработать коллективное решение о том, как нам двигаться дальше. Вы же видите, как нарастают негативные тенденции, особенно в Прибалтике и на Кавказе.
– Это происходит в результате ошибок Центра, – не без злодорадства заметил Ельцин.
– Некоторые республики проводят слишком непродуманную и авантюристическую политику, – не остался в долгу Горбачев. Было понятно, что он имеет в виду в первую очередь Россию, а не прибалтийские страны, с которыми Ельцин подписал демонстративное соглашение сразу после литовских событий.
