— А вот и нет, сударь, — эти бестии древнейшие враги человека — во время Ледяных Веков они вырезали людей почти под корень.
— Это было давно и неправда. Нынче времена изменились. А ну, быстро забирайтесь на борт. Пора отчаливать от этого пристанища варваров.
В большинстве своем команда «Лордриардрийской девы», в том числе и капитан, были выходцами из Геспагората. Без лишних разговоров матросы затащили на борт сходни и отдали швартовы. Вскоре судно шло своим курсом вниз по реке.
Как только «Дева» вышла на середину реки, ее пассажиры заметили на воде вокруг бортов трупы анципиталов, плывущие в разводах желтой крови. Неожиданно один из членов команды издал предупреждающий крик. Впереди корабля качался на мелкой волне живой фагор, неуклюже пытающийся плыть.
Мгновенно принесенный шест был спущен за борт. «Дева» шла без парусов, так как ветра не было, однако сила течения была велика и судно несло с большой скоростью. «Дева» стремительно приближалась к несчастному двурогому, но тот сумел сориентироваться быстро. Отчаянно рванувшись вперед и вверх, он схватился за конец шеста обеими лапами. Течение с силой ударило его о борт корабля, но он удержался и уже вскоре выбирался на палубу.
— Зря вы его вытащили, — сухо заметил капитану купец-олдорандец. — Фаги смертельно боятся воды — прошли бы мимо, он бы и утонул.
— Это мой корабль, и мое слово здесь закон, — резко отозвался Мунтрас, мрачно взглянув на купца. — Если вам не по нраву то, что здесь происходит, я вас не неволю — вы можете сойти на берег в любой момент.
Упав на палубу без сил, сталлун некоторое время лежал в луже стекающей с его шерсти воды. Из раны на его голове сочилась сукровица.
— Дайте ему глоток «Огнедышащего», — приказал капитан. — Он парень здоровый — выдюжит.
Проследив за тем, как матросы вынесли из каюты бутыль с крепчайшим димариамианским ликером, Мунтрас отвернулся и ушел к себе.
«Доживая свой век, — думал он, — я с сожалением вижу, как меняется людская природа, как ожесточается, озлобляется, копит ненависть человек, становясь мстительным и ничего не прощающим. Может быть, и тут всему виной жара. Может быть, мы просто чувствуем, что наш мир обречен гореть в огне». Ну что ж, как бы то ни было в ближайшие годы, он встретит будущее в родном Лордриардри, в своем крепком добротном доме, из которого открывается такой замечательный вид на морской простор. В Димариаме всегда было прохладнее, чем в Кампаннлате. Люди там всегда были терпимее.
В Матрассиле он попросит аудиенции у короля ЯндолАнганола, по той самой причине, по которой мудрые люди всегда обращаются к своим могущественным знакомым государям. Королева отправилась в изгнание, а вместе с ней уплыло и кольцо, которое он когда-то давно ей продал; добравшись до Оттассола, он должен будет позаботиться о том, чтобы отправить по назначению известное письмо. Тем временем он, может быть, уже получит первые известия о судьбе несчастной королевы королев. Может быть, он заглянет к Мэтти; ведь другая возможность увидеться с ней ему вряд ли представится. Ощущая внизу живота знакомое сосущее чувство, он с улыбкой думал об отлично исполняющем свое назначение доме терпимости Мэтти, дело в котором было поставлено гораздо лучше, чем в убогих оттассольских притонах. Спору нет, Мэтти хороша, хотя она и не перестает ходить в церковь и усердно молиться с тех пор, как заслужила личную благодарность от короля ЯндолАнганола, раненного при Косгатте и спасенного лично ею.
Он рад уйти на покой, но что он будет делать в своем Димариаме, вот в чем вопрос. Об этом нужно было крепко подумать; семейный очаг не обещал капитану покоя и удобств. Может быть, он подыщет себе какую-нибудь незначительную должность с необременительными обязанностями, чтобы занять хоть чем-то свой досуг.
Заснул капитан, обняв свой верный клос.
Встретивший Мунтраса Матрассил был молчалив и словно испуган событиями, происшедшими в последние дни.
Беды валились на короля нескончаемым потоком. По донесениям из Рандонана выходило, что солдаты королевской армии Борлиена бегут с полей сражения. Без конца возносимые в церквях Акханаба молитвы не смогли уберечь урожай от засухи. Королевский оружейник, усиленно пытающийся создать ружье по образцу и подобию сиборнельского, пока еще мало чем мог порадовать его величество. Сверх того, в город вернулся Робайдай.
Король ЯндолАнганол отправился верхом на прогулку по окрестностям столицы. Спешившись в тени небольшой рощи, он пошел рядом со своим любимым хоксни, Ветром. Рунт Юлий, ужасно довольный возможностью побывать на вольном воздухе и размяться, верно бежал рядом, чуть приотстав от своего хозяина. Двое верховых охраны тихо ехали позади, стараясь держаться за пределами слышимости. Внезапно спрыгнув с дерева, Робайдай предстал перед своим отцом.
— Уж не король ли это, не мой ли повелитель, прогуливающийся в лесу со своей новой невестой?
В неприбранных волосах принца запутались мелкие веточки и древесные листы.
— Роба, ты нужен мне в Матрассиле. Почему ты не хочешь вернуться во дворец?
