— Это… — она оборачивается ко мне — на ее лице восторг и потрясение. — Это совершенно особенно, Кирилл.
Особенное для меня место для особенной девушки, хочу сказать я, но слова застревают в горле. Это ведь действительно так. Я никогда и никого не брал на озеро — это было мое убежище, мое особенное место. Но когда я стал задумываться об идее для первого свидания с Лерой, сразу понял, что хочу, чтобы оно произошло здесь.
— Присаживайся, — говорю я, указывая на мягкий диванчик с кожаной обивкой. — Предлагаю отплывать. А ты можешь выбрать музыку.
— Могу подключиться к колонке?
Я киваю.
— Какая музыка тебе нравится? — спрашивает Лера.
— Давай договоримся: сегодня мы выбираем то, что нравится тебе.
— Ну, как скажешь, — соглашается девушка, а в следующую секунду из динамиков яхты раздаются убаюкивающие аккорды Coldplay. Я завожу мотор и, предварительно отшвартовав яхту, отчаливаю от пристани.
В кровь выплескивается адреналин, как бывает всякий раз, когда я оказываюсь у штурвала. Но сейчас к нему примешивается что-то другое — тихая радость, наверное, особое волнение от того, что на борту в эту прекрасную ночь я не один.
А ночь, надо признаться, действительно прекрасна. Озеро спокойное и тихое, с мелкой рябью и лунной дорожкой, уходящей в горизонт. Нет ни ветерка, Крис Мартин поет про вечную любовь, а я скорее чувствую, чем слышу, как Лера подходит ко мне и, прижавшись щекой к моей спине, обвивает руками талию.
— Спасибо, — шепчет она, согревая дыханием мой затылок.
Отплыв от берега на достаточное расстояние, я глушу мотор. Яхта мягко покачивается на волнах. Луна ныряет за облако, а на темном небе проступают десяток ярких звезд. Весь мир словно растворился в ночи, и мы с Лерой остаемся одни, освещенные тусклыми огоньками гирлянды.
— Это сложно, управлять лодкой? — спрашивает Лера, когда я оборачиваюсь к ней.
— Не сложнее, чем автомобилем, — отвечаю небрежно.
Уголки ее губ приподнимаются в улыбке.
— Что? — спрашиваю я.
— Ничего, — она заглядывает мне в глаза и порывисто кладет ладошку на щеку. — В этом весь ты. Для тебя не бывает ничего сложного.
— Тебя получить было сложно.
— Ты просто не пытался, — возражает она, пока кончики ее пальцев продолжают поглаживать шершавую кожу моей щеки.
— А если попытаюсь? — голос звучит хрипло и низко, что явно свидетельствует о растущем внутри возбуждении.
Воздух вокруг нас начинает потрескивать от напряжения. Я склоняю голову и прижимаю рот к мягким губам. Господи, так давно ждал этого, что едва сдерживаю за зубами рвущийся наружу стон удовольствия.
Лера отвечает мне с жаром и готовностью, словно ее потребность во мне так же сильна, как моя — в ней. Она открывает рот, встречая мой язык, запускает пальцы в волосы, прижимается ближе всем своим телом. Я с силой сжимаю ее ягодицы, сталкиваю наши бедра, ощущая, как костер в паху превращается в адское пламя.
— Господи-Боже-мой, — скороговоркой вырывается из ее горла.
Стоп. Твою мать.
Резко оторвавшись от ее губ, я заставляю себя замедлиться. Черт возьми, эта девчонка — моя отрава. Я ведь не хотел спешить с ней сегодня, хотел устроить идеальное свидание, накормить, поговорить, в конце концов, а не брать ее впопыхах в дикой вспышке вожделения.
— Ты голодна? — спрашиваю сипло. — Есть рыба на гриле, креветки и…
— Ты издеваешься? — изумлённо выдыхает Лера, облизывая покрасневшие губы.
— Ничуть, — отвечаю уже тверже. — Сначала ужин, потом удовольствия.
— Ну уж нет, — девушка решительно притягивает к себе мою голову. — Я достаточно ждала.
Несмотря на то, что я пытаюсь протестовать, пусть и не очень активно, Лера встает на носочки и тянется к моим губам.
— Лера… Ужин, — пытаюсь образумить соблазнительницу.
— К черту ужин, — отрезает она бескомпромиссно, сначала прикусив мою губу, а потом нежно ее лизнув.
— Лера, — укоризненно бормочу я.
— Лучше молчи, — советует она с мягкой усмешкой, снова легонько прикусывая мою губу.
И когда я уже готов схватить ее в объятия, она вдруг отстраняется. Делает шаг назад, а потом цепляет подол своего платья и быстро стягивает его через голову. Теперь на ней только полупрозрачный лифчик и такие же миниатюрные трусики.
— Блин, — шепчу я ошалело. — Лера, что ты делаешь?
— Хочу тебя? — говорит она откровенно, приподнимая брови. — А ты?
С глухим рыком я дергаю ее на себя и, окончательно сдавшись, впиваюсь в мягкие губы.
Кажется, я окончательно и бесповоротно пропал. Для мира, для собственных планов, для других девушек — в этот миг все, что меня волнует, заключено в Лере Александровой, и я в восторге. Радость от того, что она рядом, компенсирует мои сомнения, страхи, подозрительность, которые были у меня в отношении этой девушки в прошлом. Сейчас есть только она и только я, а на остальное мне откровенно наплевать.
Лера тихонько стонет, извиваясь в моих руках, ее пальцы лихорадочно цепляются за мои плечи, а я в ответ с упоением исследую ее рот. Смакую его, ласкаю языком, прикусываю зубами, отстраняясь, только чтобы вдохнуть в легкие воздух и полюбоваться ею.
— Красивая, — шепчу исступленно, поглаживая кончиками пальцев ее брови, нос, губы, подбородок.
