— Миранда, если хочешь, возьми его! — взволнованно сказала я, все еще не понимая, зачем ей этот странный разговор.
— Да к черту платье! — Миранда взмахнула рукой так, что чуть не опрокинула кофейник. — Ты настолько далека от реальной жизни, Николь, что меня порой это пугает.
— Слушай, я не понимаю, к чему ты клонишь. Да, разумеется, бабушка пока меня полностью обеспечивает, но это же нормально: мне всего девятнадцать лет, из которых двенадцать, как ты знаешь, я училась. А теперь я смогу полноценно работать!
— Работать? — фыркнула Миранда. — Кем? А главное, где? У бабушки?
— Конечно, а где еще? — растерянно ответила я. — Кто-то же должен заниматься семейным делом, ведь мы с ней одни на свете. Родственников больше нет.
— Действительно, чего это я? — вдруг спохватилась Миранда. — Прости, Николь, что я на тебя набросилась. Просто у меня был такой трудный год, ты и представить себе не можешь!
Мы обнялись, и на этом странный разговор закончился. Больше Миранда его не возобновляла, да и я, понятное дело, тоже.
А через пару дней я впервые упала в обморок. Причем случилось это не на пляже, не под жарким солнцем, а на нашей любимой террасе, вечером, во время ужина. Помню, как Миранда что-то весело мне рассказывала, а я подошла к перилам, окаймляющим крышу, чтобы полюбоваться закатом. И слава Богу, что я за них держалась, иначе неизвестно, чем бы закончился наш отдых! У меня вдруг неожиданно закружилась голова, и я потеряла сознание. Я очнулась в номере с мокрым полотенцем на голове. Первое, что я увидела — это озабоченное лицо Миранды, склонившееся надо мной:
— Эй, подруга, ты чего? Решила меня напугать, да?
— Не знаю, что это было, — ответила я, пытаясь подняться, но Миранда не позволила.
— А ну-ка ляг обратно! Сейчас придет врач, я уже позвонила портье. Пусть тебя осмотрит.
— Да не нужен мне врач, — запротестовала я, — всё уже хорошо.
В этот момент в дверь постучали. Миранда бросилась открывать и через минуту вернулась в сопровождении высокого седовласого мужчины с бородкой. В руке он держал коричневый кожаный саквояж.
— Добрый вечер, мадемуазель. Меня зовут Гийом Готье, я врач этого отеля. Что с вами случилось?
— Ничего страшного, доктор, обычный обморок.
— Насколько он для вас обычный? — доктор вытащил из саквояжа тонометр. — Такое часто бывает?
— Раньше никогда не было, — честно ответила я. Месье Готье принялся измерять мое давление.
— Мне кажется, она могла просто перегреться сегодня на солнце, — вставила слово Миранда, — или перекупалась.
— Что ж, вполне это допускаю, — кивнул доктор, — давление и пульс в норме. Голова не кружится? Тошноты нет?
— Нет, — сказала я и спустила ноги с кровати, — я чувствую себя великолепно.
— Тогда постарайтесь не появляться на пляже в обеденное время. И вообще лучше всего загорать в тени, — месье Готье захлопнул свой саквояж и тоже встал. — Но если подобное будет повторяться, дайте мне знать. Возможно, придется провести детальное обследование.
— Хорошо, месье.
— Спасибо, доктор. Я провожу, — Миранда и Готье удалились.
— Может, стоит позвонить бабушке? — робко спросила я, когда она вернулась. Миранда некоторое время изучала мое лицо, и на секунду мне показалось, что в ее глазах промелькнуло что-то нехорошее. Не знаю, как и описать этот взгляд, но ей явно не понравилось мое предложение.
— Вот смотрю я на тебя и удивляюсь, — наконец произнесла она. — Николь, как можно быть такой инфантильной? Подумаешь, упала в обморок! Так нет же, надо непременно тревожить мадам графиню, как будто у нее забот мало. Может, за тобой еще и самолет выслать? Или срочно госпитализировать?
— Ну что ты, я ведь просто так сказала, — я смутилась. — Конечно, ничего страшного со мной не случилось, просто я привыкла…
— …что бабушка всегда решает все мои проблемы, — закончила за меня Миранда.
Я не нашлась, что ей ответить.
— Знаешь, Николь, по-моему, тебе пора бы и повзрослеть, — продолжила Миранда. — Вот скажи, что бы ты сделала, если бы в обморок грохнулась я, а не ты?
— Ты? В обморок? — недоверчиво посмотрела на нее я. — Да никогда. Ты такая сильная, смелая, ничего не боишься. Я даже не помню, чтобы ты чем-нибудь болела.
— Но ты можешь просто представить?
— Могу, хотя и с трудом.
— Хорошо. Опиши тогда свои действия по моему спасению.
Миранда наклонила голову набок и посмотрела на меня в ожидании ответа. Я на миг задумалась.
— Что бы я стала делать? Наверное, позвонила бы портье или позвала на помощь кого-нибудь, а потом побежала за доктором. Или нет, наоборот: сначала за доктором, а потом…
Я запнулась.
— Вот видишь. Этим мы и отличаемся. Я привыкла решать все свои проблемы сама. Может, потому у меня уже выработались нужные реакции. Когда ты упала, я первым делом перетащила тебя с террасы на кровать…
— Спасибо, — пискнула я.
— Пожалуйста. А потом вызвала врача и одновременно попыталась привести тебя в чувство. Ну да ладно, Николь. Проехали. Прости, если я была с тобой излишне резкой, но мне так хочется, чтобы ты выросла и стала более самостоятельной.
— Мне тоже, — вздохнула я, — например, такой, как ты. Но до тебя мне далеко.
