Лекс на долю секунды замешкался. Или мне это просто показалось?
— Знаешь, Николь, я не могу сказать, что у меня есть постоянный дом — в общепринятом смысле этого слова. Родом я из Нанта, там живут мои родители. А я в основном обитаю в самолетах, поездах и разных отелях. Такая уж у меня профессия.
— Какая увлекательная у тебя жизнь! — воскликнула я. — Это просто здорово! А в Довиле ты надолго?
— Теперь не знаю…
Я смутилась.
— А ты? Сколько еще планируешь отдыхать тут? — спросил он.
— Номер оплачен до конца лета, — ответила я, — так что еще достаточно времени.
Лекс кивнул.
— Значит ли это, что мы сможем с тобой видеться?
— Думаю, да, — нерешительно сказала я.
Он перехватил мой взгляд:
— Николь, я не собираюсь быть навязчивым, не переживай! Я здесь не на отдыхе и у меня полно работы. И преследовать тебя я тоже не намерен. Просто ты мне нравишься, я уже говорил. Но если тебя что-то смущает или не устраивает, можешь сказать мне прямо, я не обижусь.
— Что ты, все хорошо! — честно ответила я. — Мне приятно с тобой общаться, правда! Тем более что сейчас я осталась одна, и неизвестно, когда вернется Миранда.
— Вот и славно, — улыбнулся Лекс. — Значит, мы сможем время от времени встречаться.
Он проводил меня до отеля, и мы расстались, договорившись, что завтра встретимся на пляже, в нашей бухте.
Когда я открывала дверь номера, услышала, что телефон буквально разрывается от звонков. Не разуваясь, я бросилась в комнату:
— Алло!
— Где ты ходишь? — раздался голос Миранды. — Я звоню уже битый час! С тобой все в порядке?
— Ой, Миранда! Привет! — закричала я. — Как хорошо, что ты звонишь! Как дела? Когда вернешься?
— Не знаю, Николь. Я звоню тебе специально, чтобы сказать, что завтра утром я вылетаю в Гамбург. Сколько там пробуду — неизвестно.
— А это обязательно? — расстроилась я.
— Обязательно. Оказывается, я заключила договор с какой-то подставной фирмой, с мошенниками, грубо говоря. Полиция Гамбурга давно взяла эту фирму на заметку, даже кого-то задержали. Теперь мне нужно ехать к ним, дать показания и еще что-то. Короче, дело серьезное. Но, может, получится вернуть мои деньги. Поэтому не переживай, а лучше расскажи, как ты там, справляешься? Ходишь в нашу бухту?
— Хожу, каждый день, утром и вечером… Миранда, я должна с тобой кое-чем поделиться!
— Боже, Николь! Во что ты там вляпалась?!
— Да не вляпалась я, не перебивай! Просто я встретила одного парня…
— Когда?!
— Сегодня. Он такой милый! Представляешь, он фотограф. Утром подошел ко мне в нашей бухте, попросил разрешения меня пофотографировать. А вечером мы гуляли, я только зашла.
— Николь, какой еще фотограф! — простонала Миранда. — Ты с ума сошла, что ли?! А вдруг он маньяк?
— Почему маньяк? — возмутилась я. — С чего ты взяла?
— Да с того, дурында, что ты забыла, кто твоя бабушка! И если она тебя прячет от прессы всю жизнь, это вовсе не значит, что в мире о тебе никто ничего не знает. Вот где твой фотограф намерен использовать эти фотографии, а?
— Не знаю… — растерялась я.
— А я знаю! — завопила Миранда. — Я бы на его месте продала их любому журналу или газете за кругленькую сумму, да еще бы добавила какие-нибудь комментарии!
— Какие ком… комментарии? — запинаясь, спросила я.
— Отвратительные, грязные и похабные, — отчеканила Миранда. — Чтобы заработать на вашей фамилии.
— Не может быть! Он не такой!
— Скоро увидишь, такой или нет. Кстати, а ты-то видела свои фотографии?
Я испугалась: про них я совсем забыла, а ведь Лекс обещал принести их вечером — но не принес. И словом о них не обмолвился!
— Боже, Миранда, что мне делать?
— Забрать у него все фотографии и негативы! Поняла? Обязательно! И послать куда подальше, пригрозив бабушкой и полицией! Хотя можно одной бабушкой. Вполне достаточно. Я как представлю ее реакцию… — Миранда хмыкнула в трубку. — Аж самой страшно!
— Не говори бабушке! — я была в ужасе. — Только не это! Я обещаю, что завтра все у него заберу и больше с ним не встречусь.
— Ладно, Николь. Может, не все так плохо. Вдруг я ошибаюсь. Но согласись, эта фотосессия очень подозрительна. Всё, мне пора. Позвоню при первой возможности.
— Целую тебя, — я положила трубку и задумалась.
А вдруг Миранда права? Вдруг Лекс на самом деле решил продать мои фото вместе с какой-нибудь грязной историей? Какой будет скандал! Бабушка мне этого не простит. А я еще и рассказала ему сама, кто я и про всю мою жизнь… Вот дура! Идиотка!
Приятное впечатление от вечера испарилось. Спать я легла в ужасном состоянии, решив завтра вытрясти из Лекса — или кто он там на самом деле? И имя это странное! Оно мне сразу не понравилось! — всю правду. А главное — забрать свои фотографии.
Утром я первым делом прошлась по набережной, выискивая Лекса. Но ни там, ни на пляже его не оказалось. Расстроенная, я спустилась в бухту, расстелила полотенце, разделась и пошла купаться. Когда я плыла обратно к берегу, то увидела рядом со своими вещами чью-то фигуру. Он!
— Доброе утро! — крикнул Лекс и помахал мне рукой. — Так и знал, что найду тебя именно здесь!
