— Привет, — сказала я, отдышавшись. — А я искала тебя на пляже. И на набережной. Нам надо поговорить.
— Давай поговорим. Только сначала вот… — Лекс протянул мне бумажный пакет. — Извини, я вчера не доснял пленку до конца, поэтому работал все утро, чтобы проявить твои фотографии.
Обескураженная, я открыла пакет. Там действительно лежали мои вчерашние снимки. Конечно, я плохо разбираюсь в фотографии, но эти снимки были великолепны.
— Нравится? — спросил Лекс.
— Очень! — искренне ответила я. — Ты правда отличный фотограф!
— Просто мне повезло с моделью, — засмеялся он. — Ты весьма фотогенична, Николь! Кстати, в пакете лежат негативы. Это всё твое.
— А почему… — я не знала, что и сказать.
— Что случилось? — Лекс внимательно посмотрел на меня. — И о чем ты хотела поговорить?
— Почему ты вернул мне негативы? — спросила я в лоб.
— Странный вопрос. Николь, я имею некоторое понятие о профессиональной этике. Кроме того, я никогда не оставляю себе фото клиентов без их согласия, это незаконно. Только представь, что на моем месте мог оказаться какой-нибудь аферист. Знаешь, сколько бы он заработал на твоих снимках? Конечно, если бы знал, кто ты!
От стыда я была готова провалиться сквозь землю. И как я могла подумать такое про Лекса? Нормальный парень, милый, симпатичный и честный.
— Извини меня, — виновато сказала я Лексу.
— За что?
— Понимаешь, я почему-то решила, что этим аферистом можешь быть ты сам…
Лекс посмотрел на меня удивленно и немного обиженно, как мне показалось.
— Да уж, Николь! Никогда бы не подумал, что произвожу такое впечатление, тем более после вчерашнего общения…
— Да все в порядке, правда! — воскликнула я. — Забудь. Я не права. Прости еще раз!
— Хорошо, — он снова улыбнулся. — Но я хочу, чтобы ты знала: у меня нет цели обмануть тебя или чем-то обидеть. И я не охочусь за твоим состоянием. Ты мне понравилась сразу, когда я увидел тебя вчера, помнишь? Спускаясь в эту бухту, я не знал, что ты — Николь Леруа.
Я вздохнула с невероятным облегчением, потому что мне тоже нравился этот парень. Не могу сказать, что я была влюблена, просто в Лексе я чувствовала искренность, порядочность и что-то свое, родное.
— Скажи, пожалуйста, а когда ты полностью убедишься, что я не маньяк и мне можно доверять, подаришь мне одну из своих фотографий? На память! Клянусь, я нигде ее не использую!
— Посмотрим, — ответила я. — Ну что, инцидент исчерпан?
— Полностью, — кивнул Лекс, — а сейчас предлагаю пойти в ресторан. Не отобедаете ли вы со мной, мадемуазель?
— С удовольствием! — рассмеялась я.
Вот так мы и общались: легко, весело и непринужденно. Встречались в бухте, иногда вдвоем обедали, а вечерами гуляли по Довилю. Мы очень сблизились, и я понимала, что Лекс испытывает ко мне гораздо большие чувства, чем просто дружба. Но не спешила отвечать ему взаимностью, так как до конца не была уверена, что он — тот самый. Разумеется, виделись мы не каждый день, поскольку Лексу все-таки нужно было работать. Время летело незаметно, и однажды я с удивлением поняла, что с отъезда Миранды прошло уже целых десять дней.
В середине июня Лекс сообщил мне, что на пару дней уедет в Париж по каким-то рабочим делам.
— Я обязательно вернусь, Николь, — пообещал он мне. — Надеюсь, ты никуда не пропадешь за это время?
— Конечно, нет, — ответила я, — я здесь до конца лета. Но раз уж ты будешь в Париже, выполнишь мою просьбу?
— Любую!
— Хочу сделать сюрприз подруге и бабушке. Я знаю, что обеих еще нет в городе, но, думаю, их обрадует то, что я купила. Пусть они вернутся и удивятся! Подарок для Миранды ты можешь оставить в ее аптеке, там есть какой-то управляющий.
И я передала Лексу подарки для бабули и Миранды. Бабушке я купила старинный веер, который случайно нашла в одном маленьком антикварном магазинчике рядом с центральной площадью Довиля, а Миранде — пляжное платье из японского шелка, очень стильное. Адреса Миранды и нашего особняка в Сен-Дени вместе с телефонами Лекс записал в блокнот, после чего мы простились, и он уехал. Вечером я позвонила в Сен-Дени и предупредила экономку о появлении Лекса, а заодно узнала, что бабушка еще не вернулась из поездки.
