Когда я сел во второй раз, слово «колония» уже стало жаргонным, правильно это заведение следовало называть «ИТУ». Во главе ИТУ стояли начальник и ряд его замов: по оперативно-режимной работе, политико-воспитательной, по производству и по общим вопросам. У каждого зама существовали отделы, а зам по производству одновременно являлся директором завода, на котором зэки и работали. Завод выпускал и мебель, и садовые домики, но основным в ассортименте являлись корпуса для советских телевизоров. Тогда ведь японской техникой обладали единицы, а остальные довольствовались просмотром передач по отечественным «ящикам». Пластиковых корпусов тоже еще не существовало, все делалось из дерева. А собрать качественный деревянный корпус совсем не просто, но именно этим мы и занимались. Заводы, прежде всего Александровский, ждали нашу продукцию и подгоняли руководство зоны. А оно, в свою очередь, шпыняло своих сидельцев.
В большом кабинете начальника ИТУ набилось свыше 30 человек – начальники всех отрядов, руководители разных служб. Там происходило распределение по отрядам и по цехам. На ковер вызвали меня. Я рассказал, что по образованию инженер-экономист, имею серьезный опыт работы. Не скрывал своих амбиций и готовности к самым ответственным должностям. В общем, вызвал такое доверие, что меня сразу же назначили начальником сборочного цеха. Предыдущий глава цеха работу почти развалил и сам это понимал, а потому даже с облегчением выслушал «приказ свыше».
– Сдавай дела Айзеншпису, вводи его в курс работ.
Так я, простой советский заключенный, оказался на руководящей должности, на которую нередко назначают и вольнонаемных граждан. В мои обязанности прежде всего входило выполнение (а еще лучше перевыполнение) плана, посещение оперативок, плотная работа с администрацией и с осужденными. Приходилось давить на бугров, которые, по местным меркам, очень серьезные товарищи. Приходилось спорить с администрацией, доказывая свою правоту.
Приходилось много работать.
