Но главным и ближайшим делом я видел очистку территории от завалов бракованной продукции. Казалось, 70 процентов полезного пространства занимали высоченные катакомбы от пола до потолка. Узкие коридорчики пронизывали их, словно муравьиные ходы, при этом последние ряды часто содержали большие «карманы». Там зэки организовывали укромные лежбища, на которых занимались черт знает чем. И я пошел на брак мощной атакой, и его количество потихоньку начало уменьшаться. А ведь весь этот ужас накапливался годами, передавался от одного начальника к другому по балансу, причем цифры уже давно не соответствовали реальности.
Кое-что из корпусов оказалось вполне реально отремонтировать. Кое-что легально списывать на брак, не портя показатели и учитывая разрешенные нормы. А кое-что ночью вывезти в топку котельной и там тайно уничтожить. Дело пошло на лад, и в рекордные сроки я полностью избавился от незавершенки – воистину великое достижение. Все, что поступало в мой цех, тем же днем уходило «по этапу» в другие цеха. Остатки равнялись нулю и документально, и реально.
Директор предприятия не мог нарадоваться и всячески меня поощрял. И если раньше цех с трудом выполнял суточный план, то теперь стали расти и другие важные номенклатурные показатели, характеризующие хозяйственную деятельность: экономичность, производительность.
А еще я минимизировал воровство, а на зоне воруют везде и все ничуть не хуже, чем в остальной стране. Воруют, что нужно и не нужно, что лежит плохо и что лежит хорошо. Вроде кругом заборы и замки, колючка и охрана – не верь глазам своим! Бревна и фанера, доски и гвоздики, наждачная шкурка мелкая и крупная – если это можно уволочь, это уволакивается. Зайдите в поселок, который при зоне, и там непременно найдете массу всего, украденного из-за решетки. Тот же сержант приходит на склад – дай гвоздей! Если не дашь, начнет придираться. А дашь – парой пачек чая отблагодарит. В итоге склад пустой. У меня такое не проходило, полный контроль над кладовщиками, никто ничего не украдет и не отнимет. На ночь все закрывалось на массивные засовы, даже мышь не проскочит.
И вскоре каких только сокровищ не хранилось у меня на складе! Лак и краска, марля, спецодежда. Ведь каждый цех получает некоторые лимиты, а дальше надо уметь их экономить, обменивать, хранить. Иногда на заводских складах шаром покати, а у меня полные бочки стоят. И приходит ко мне директор завода и просит:
– Дай для детского сада красочки…
– Как это дать? А нам что? Это мое.
