После этого на несколько дней пса оставили в покое, и я решила, что Уоррен воспользовался моим советом или, во всяком случае, отказался от прежней стратегии. Но вскоре Мерфи снова пострадал от неумения брата флиртовать.
Я посмотрела на стоящих у прилавка Джелси и Нору, передававших друг другу пакетик замороженных «эм-энд-эмс».
– Чем он облил пса на этот раз? – спросила я.
– Сиропом, – ответила Джелси. – Мама не на шутку рассердилась.
– Рассердишься тут, – сказала я, представив себе слипшуюся шерсть пса.
– Она не разрешила Уоррену забирать Мерфи из магазина и хочет, чтобы это сделала ты. И еще она попросила купить кукурузы на ужин.
– Понятно. – Я посмотрела на часы и с удовольствием потянулась, радуясь, что до конца смены осталось всего полчаса.
– Что у тебя случилось с собакой? – спросил Элиот, решив присоединиться к разговору.
Нора хмуро посмотрела на него.
– Ты кто?
– Элиот, – парень ткнул в бейджик на груди, – начальник Тейлор.
Я закатила глаза.
– Никакой ты мне не начальник.
– Во всяком случае старший, – поправился Элиот, нисколько не смутившись.
– Что-нибудь еще? – обратилась я к девочкам.
– Все. – Джелси протянула мне пакетик замороженных «эм-энд-эмс». Я вытрясла себе на ладонь три штуки. В отличие от «скитлс» цвет «эм-энд-эмс» мне был безразличен. – Пока.
– Счастливо, – крикнула я вслед Джелси и Норе.
Выходя из закусочной, девочки о чем-то оживленно спорили.
– Твоя сестра? – спросил Элиот, усаживаясь на прилавок.
Я кивнула.
– И соседка. Они теперь по одной не ходят.
Телефон запищал, и я достала его из заднего кармана. Пришло сообщение от Люси, но вместо требования скорее возвращаться, чтобы мы могли договорить, оно содержало всего одно слово: «Фред!».
– Фред приехал, – прошептала я Элиоту, как будто он был где-то рядом и мог меня услышать.
Элиот соскочил с прилавка, а я посмотрела по сторонам в поисках чего-нибудь, что можно было бы протереть, изображая бурную деятельность. В это время боковая дверь открылась и в закусочную вошел Фред. Он обгорел на солнце и выглядел явно недовольным. В руках у него были ящик для приманок и большая картонная коробка, которую он с шумом поставил на пол.
– Здравствуйте, Фред, – поздоровался Элиот бодрым голосом. – Как рыбалка?
Фред покачал головой.
– Нехорошо. Несколько дней не клюет. Похоже, у них есть указание насчет меня или что-то в этом духе. – Он снял шляпу, и я еле заставила себя перестать пялиться: та часть головы Фреда, которая была прикрыта шляпой, выглядела значительно бледнее его красного, обожженного солнцем лица. Похоже, именно мне придется сообщить начальнику о волшебных свойствах солнцезащитного крема. Фред посмотрел по сторонам и нахмурился.
– Где Люси?
– Здесь! – Она открыла дверь. – Я тут инвентаризацию проводила. – Стараясь не встречаться со мной взглядом, она прошла по закусочной с выражением лица «самый ответственный сотрудник».
– Угу, – похоже, Фред ей не поверил, и указал на коробку у своих ног. – Я только что забрал афиши для киносеанса. Рассчитываю на вас троих – попросите, чтобы их повесили в местных магазинах. Договорились?
– Конечно, – ответила я, а Элиот показал Фреду два поднятых вверх больших пальца.
– Все готово к пятнице? – спросил Фред о показе фильма под открытым небом, обращаясь прямо ко мне.
– Вполне, – ответила я, хотя вовсе не была уверена на сто процентов. В этот раз мне пришлось потратить на подготовку больше времени, чем в прошлый. Мне нужно было выбрать фильм, взять напрокат экран и проектор и заказать афиши. Я позаботилась обо всем, кроме вступительного слова, но старалась лишний раз не думать об этом и надеялась, что, если буду очень нервничать, как было на предыдущем показе, Элиот или Люси меня подменят.
Фред ушел, а я надорвала верх картонной коробки, достала одну афишу и залюбовалась ею. Просматривая несколько дней назад пляжную коллекцию фильмов и увидев знакомое название, я поняла, что выбор сделан.
– Что за фильм? – Люси заглянула через мое плечо.
– «Касабланка». – Я рассматривала афишу в поисках орфографических ошибок и думала, что это следовало сделать до того как я отдала текст Джиллиан.
– Не видела его, – Люси пожала плечами. А Элиот засмеялся.
– Я тоже. – Я улыбнулась, вспомнив слова отца. – Но чувствую, что на большом экране это будет нечто.
Я ушла с работы пораньше, чтобы забрать пса, который, вероятно, с тоской вспоминал время, когда свободно бегал по округе. Жилось ему тогда явно спокойнее. С собой у меня было несколько афиш, и я рассчитывала, что попрошу вывесить по одной на видном месте в зоомагазине и в «Хенсонз Продьюс». Я проехала по Мейн-стрит, пристегнула велосипед и уже собиралась войти в зоомагазин, как мой взгляд скользнул по двери в пекарню. Недолго думая, я с колотящимся сердцем и афишами под мышкой перешла улицу.
Толкнув дверь и войдя в магазин, я, к своему облегчению, не заметила других покупателей. Генри, опершись о прилавок, читал книжку.
– Привет. – Он посмотрел на меня с удивлением, но не был при этом ни огорчен, ни сердит и я решила, что это хороший знак.
