– Барак тот же деревянный сарай, только в нём люди жили, много разных семей, – уточнил дедушка. – Наш был длинный такой, двухэтажный. В каждой комнате по несколько человек, и одна кухня на всех. Тесновато, как в муравейнике. Я уже плохо помню, я тогда маленький был.
– Как я? – спросила Нина и попыталась представить себе дедушку маленьким. Ничего не получилось.
Дедушка кивнул и продолжил свой рассказ:
– Потом всем, кто там жил, дали отдельные квартиры, а барак пошёл на слом. Мы приехали посмотреть, как его сносят, но опоздали, там уже была груда мусора, обломки старых досок и дранки, кирпича и штукатурки. Мои родители взяли одну доску на память, так она и хранилась у нас. А я, когда вырос, сделал из этой доски рамку, только фотографию не вставил. Забыл. Ну, всё. Спокойной ночи!
Утром Нина пришла к бабушке и попросила подарить ей одну вещь из сундука.
– Какую вещь? – усмехнулась бабушка. – Сейчас угадаю… Утюг? Будешь тренироваться к свадьбе?
– Нет.
– Веер?
– Нет.
– Неужели бинокль? – удивилась она. – Зачем он тебе? Я билеты в театр всегда беру не дальше третьего ряда, там бинокль вообще не нужен.
– Я хочу рамку для фотки, – попросила Нина. – Если не можешь подарить, давай меняться. Ты мне рамку, а я тебе…
Тут Нина задумалась, что бы такое предложить бабушке взамен. Трудная задача, потому что у неё всё есть. Но бабушка сама подсказала:
– Уберёшь игрушки у себя в комнате, чтобы был идеальный порядок! Договорились?
Пришлось согласиться.
Фотографию для рамки сделали специально в ближайшее воскресенье. Снимок получился удачный, и все влезли в кадр – бабушка, папа и мама, Женя и Нина. Потом Нина нашла среди старых снимков, которые хранились в альбоме, подходящую фотографию дедушки, взяла ножницы, аккуратно вырезала дедушку и приклеила рядом с остальными.
Рамка теперь висела на стене в Нининой комнате. Если приглядеться, то заметно, что дедушка приклеен, ну и что? Главное, что он есть, что он вместе со всеми. Рядом.
И ещё… Нина подумала и решила каждое утро делать зарядку. Делать зарядку полезно. Со временем она станет сильнее и сумеет спокойно поднять чугунный утюг с драконом.
У бабушки на огороде росли на грядке кабачки. Разные: обыкновенные светло-зелёные, тёмные (они назывались цукини) и круглые пузатые патиссоны. Нине нравилось наблюдать, как они растут, и она подходила к грядке с проверкой два раза в день, утром и вечером.
Утром раскрывались крупные жёлтые цветки, над грядкой летали пчёлы и шмели, залезали внутрь цветка и жужжали там. Вечером кабачки поливали из лейки, под корень. Воду кабачки любили тёплую (холодную никто не любит), поэтому большая наполненная до краёв лейка целый день стояла рядом с грядкой на солнышке, набирала тепло.
Бабушка говорила Нине:
– Глазами смотри, а руками не трогай. Они этого не любят.
Огромные шершавые листья мешали смотреть, но если сесть на корточки, можно было увидеть, что некоторые кабачки уже завязались и пошли в рост. Жёлтые цветы опадали, им на смену появлялись новые.
Первым родился кабачок цукини. Поначалу он был совсем маленьким, как мизинец, и светлым, но потом вытянулся и потемнел. А через некоторое время на этом же кабачковом кусте появился второй. Нина назвала его – младший брат. А тот, первый, – старший.
Как-то Нина заметила, что младший брат растёт намного быстрее старшего. Ещё недавно разница между ними была очень большой, но младший постепенно догонял старшего, словно стремился во что бы то ни стало не отставать от брата. Потемнел, вытянулся ещё больше и, наконец, сумел брата перегнать.
Странно, что старший как будто остановился и не рос больше. День за днём Нина проверяла и видела, что он не изменился. Совсем. Ни чуточки не вырос. Ни капельки.
Теперь она поливала этот куст сама, особенно тщательно. Взяла и подсыпала под корень плодородной земли из мешка, вдруг поможет… Не помогло.
Наверное, старший заболел.
Утром прилетел дедушка, и они долго стояли возле кабачковой грядки вдвоём.
– Знаешь, я думаю, что он не заболел, – сказал дедушка. – Он рос, пока был один. А потом в семье появился младший брат, у родительского куста уже не хватало сил на двоих. Старший уступил младшему.
– Почему тогда Женя, она ведь старшая, никогда мне не уступает? – спросила Нина, когда они с дедушкой перебрались на своё любимое место, на крышу сарая.
– Так уж прямо никогда?
– Никогда! – настаивала Нина. – Она меня вообще не любит. Я для неё мелкая, и всё.
– Любит, – не согласился дедушка. – Просто это сейчас не очень заметно. Но потом всё наладится. Увидишь.
Вскоре бабушка срезала старшего брата и несколько других кабачков и патиссонов. Приготовила вкусное блюдо, которое называется соте. Когда все сели за стол, выяснилось, что Нина есть соте отказывается.
– Там старший брат! – заявила она. – Я не хочу.
Её долго уговаривали. Бесполезно.
– Ну и дура! – сказала Женя. – Это ж надо такое насочинять?! Бред сивой кобылы в лунную ночь.
Про сивую кобылу и лунную ночь Женя сама не могла бы придумать… Так иногда говорила бабушка, когда ей что-то не нравилось.