Дома рассказывали, что дед начал устраивать штуки-дрюки давным-давно, когда ещё не был дедушкой с бородой, а был молодым человеком без бороды. Всё это происходило здесь, в посёлке.
Однажды молодой дедушка решил подшутить над соседями и повесил возле их калитки рядом с табличкой «Дом образцового содержания» объявление: «Отдаём антоновские яблоки в хорошие руки бесплатно. Приходить со своей тарой строго с шести утра, звонить три раза».
Тот год был не яблочный, и поэтому к шести утра у калитки собралась большая очередь из жителей посёлка с вёдрами, ящиками и сумками. Начали спорить и ругаться. Те, кто в конце очереди, говорили, что яблок на всех не хватит и в одни руки больше трёх килограммов не давать, а те, кто в начале, настаивали, что можно пять килограммов и даже десять, потому что, если варить повидло, получится мало и нет смысла возиться, только сахар зря тратить. Ровно в шесть часов начали звонить и стучать. Самые нетерпеливые пытались перелезть через забор, чтобы открыть запертую калитку с той стороны.
Когда выяснилось, что это шутка и никаких антоновских яблок нет и не было, некоторые смеялись, а некоторые обиделись, причём те, кто стоял в начале очереди, обиделись больше, чем те, кто стоял в конце. Ещё больше обиделись сами соседи, сказали, что это никакая не шутка, а безобразие и хулиганство, и долго не хотели с дедушкой разговаривать, что плохо, потому что с соседями надо дружить.
С тех пор, если дедушке хотелось похулиганить, он разыгрывал всех, кого только мог. Знакомых, друзей, родственников, детей своих и чужих, но чаще всего бабушку. Это было особенно легко и приятно, потому что бабушка всему верила.
И вот оказалось, что желание устраивать штуки-дрюки у дедушки не пропало даже сейчас…
Как-то в субботу, когда все ночевали на даче, папа обнаружил на ступеньках крыльца надпись мелом: «Покрась меня!»
Дело в том, что старая краска облупилась и начала слезать – надо было почистить ступеньки специальной щёткой, а потом покрасить заново. Папа сказал, что справится сам, что красить крыльцо это просто, даже элементарно и что он сделает это на раз-два-три. Кстати, всё необходимое было уже куплено и хранилось в чулане под лестницей: щётка, валик, кисть и большая банка красно-коричневой краски. Но лето прошло, а папа так и не собрался выполнить обещанное. Откладывал и откладывал. Говорил, что устал на работе, что надо закончить важную статью для научного журнала, и тогда… Мама скептически смотрела на папу и отвечала, что теперь, когда дедушки нет, единственный мужчина в этом доме – она и придётся ей самой взяться за покраску. Бабушка вздыхала и говорила: только не ссорьтесь!
И тут вдруг – надпись мелом.
Папа разозлился. Прежде всего, он захотел узнать, кто это сделал. В числе подозреваемых оказались все: мама, бабушка и обе дочери, старшая и младшая.
Женя отмахнулась: очень надо ей писать всякие глупости мелом на ступеньках, ей вообще без разницы, покрашено крыльцо или нет… Бабушка поклялась, что это не она. Мама тоже всё отрицала, а Нину из числа подозреваемых вычеркнули, потому что она даже при желании не могла бы написать «покрась меня» аккуратными буквами и без единой ошибки. У неё надпись скорее всего выглядела бы примерно так: «покрас миня».
Следствие зашло в тупик, но папа не сдавался. Если не они, то кто же?
Только Нина догадывалась кто. Но сказать об этом она не могла никому.
Папа, разумеется, стёр надпись мокрой тряпкой – хорошо, что мел легко стирается. На следующий день надпись опять появилась на прежнем месте. Тогда папа снова стёр её, а на ночь запер обе двери и спрятал ключи. Теперь никто не мог незаметно выйти из дома. Утром он проверил – надпись тут как тут!.. Значит, на участок проник кто-то посторонний и перелез через забор. Ах, так?! Папа купил камеру видеонаблюдения и нанял специалиста, который установил её на столбе. Сейчас и калитка, и забор со стороны улицы просматривались, и папа был уверен, что найдёт преступника.
Мама сказала:
– Лучше бы ты нанял специалиста крыльцо покрасить. Вышло бы намного дешевле.
Папа возразил:
– Это дело принципа. Я его поймаю.
Всю ночь папа не спал и дежурил у монитора. Бесполезно. Ни к калитке, ни к забору никто не подходил, но надпись «покрась меня!» появилась там же, где и раньше.
– Не может быть! – ужаснулся папа. – Я ведущий научный сотрудник и не должен верить в пришельцев-инопланетян. Как мне дописывать статью в научный журнал, когда тут, прямо у меня под носом, происходят паранормальные явления?
Через некоторое время он не выдержал и сдался. Был тёплый солнечный сентябрьский день. Папа переоделся во всё старое. Сделал себе шапочку из газеты. Вооружился щёткой и валиком, старательно очистил деревянные ступеньки от облупившейся краски и покрасил их новой из большой банки. Целых два раза с перерывом на то, чтобы всё как следует высохло.