Некоторое время Шурик тихо сидел в коробке, словно не понимая, что теперь делать и как жить дальше. Потом быстро вылез из коробки. Побегал по траве. Забрался на дерево, но никуда не убежал. Засвистел, зацокал на своём беличьем языке… И вдруг полез наверх, всё выше и выше, пробежал по ветке клёна, перебрался на другую ветку и, наконец, исчез в осенней красновато-жёлтой листве.
Нина попросила дедушку:
– Будешь здесь летать, посмотри, пожалуйста, вдруг увидишь Шурика и его гнездо, ладно?
– Договорились, – пообещал он. – Посмотрю обязательно.
Когда дедушка прилетел в следующий раз, он рассказал Нине, что нашёл гнездо недалеко отсюда, в дупле дуба. Высоко, метров десять от земли. Хорошее гнездо, благоустроенное. Там всё в порядке, бельчонка приняли обратно в семью.
– Ты не догадался сказать белке-маме, что его зовут Шурик? – спросила Нина.
– Конечно, сказал.
– А она что?
– Ответила, что ей всё равно, Шурик, Толик или Эдуард. Главное, что жив и здоров.
– Дед, а ты не врёшь? – засомневалась Нина.
– Я? – дедушка даже немного обиделся. – Когда это я тебе врал? Я самый правдивый летучий дедушка.
С тех пор Нина стала выкладывать на пень, который остался от упавшего дерева, угощение: хлеб, обрезки сыра, печенье, семечки. Хлеб и сыр охотно подбирали птицы, иногда белки тоже залезали на пень пообедать. Лесные белки – пугливый народ, они не любят, когда люди подходят близко.
Возможно, среди них был и Шурик, белкин сын, но он вырос, и его теперь не узнать…
Зима в этом году ранняя, и уже к середине декабря всё завалило снегом. Снег здесь, на даче, не такой, как в городе. Он по-настоящему белый, как сахарная вата, которую продают в зоопарке, снежная баба из него получается отличная.
Нина вдруг задумалась: а почему все делают только бабу и никто не делает снежного деда? Это несправедливо.
Когда снег стал подходящим для лепки, она взялась за работу. Сначала надо подготовить два снежных кома для туловища и ещё один, поменьше, для головы. Еловая шишка вместо носа, старые пуговицы для глаз. Борода из мелких веточек получилась неплохая. Дальше уже сложнее… Очки и крылья. После долгих поисков очки удалось найти настоящие, дедовские – одно стекло в них треснутое, другого не было совсем. Крылья пришлось лепить из снега. На голову можно было нахлобучить ведро или шляпу, но Нина подумала и решила, что не стоит, и так хорошо.
– Это у тебя Баба-Яга или Карабас-Барабас? – спросила бабушка, когда увидела то, что получилось. – Ну и страшилище! А за спиной что, рюкзак?
Конечно, Нине очень хотелось объяснить бабушке, что никакой это не Карабас-Барабас, а наш дедушка, а за спиной у него не рюкзак, а крылья, но она не могла сказать правду, а врать не решилась.
Интересно, что скажет дедушка, когда увидит снежного себя? Но дедушка давно не прилетал…
В выходные приехал папа, вооружился широкой лопатой, чтобы очистить дорожки и сбросить лишний снег с крыши террасы. Нина попросила, чтобы он сбросил снег и с крыши сарая тоже.
– Зачем? – не понял папа. – Там пусть себе пока лежит, он никому не мешает.
Нина хотела сказать, что ей мешает, и дедушке тоже мешает, но опять не могла. Пришлось долго уговаривать папу и пообещать, что взамен она выучит к Новому году длинный стих наизусть. Учить стихи Нина не любила, поэтому папа счёл, что обмен равноценный, и согласился.
Дедушка прилетел только в конце месяца, незадолго до Нового года.
Снежный дед ему очень понравился, особенно очки и шишка вместо носа. Дедушка постоял рядом со снежным дедом, обнял его и похлопал по снежному плечу.
– С шишкой даже удобнее, – оценил дедушка. – У шишки насморка не бывает.
Они посидели немного на крыше сарая. Было холодно, и крылья у дедушки чуть-чуть подмёрзли.
– Хочу передать подарок для бабушки на Новый год, – сказал он перед тем, как улететь. – Поможешь?
– Конечно! А что я должна сделать?
– Подарок уже в доме, – объяснил дедушка. – Я его приготовил, спрятал, но не успел подарить. Значит, так… Идёшь наверх, на чердак. Не бойся, осы зимой спят и никого не кусают. Увидишь справа старые лыжи и палки. Рядом картонный ящик из-под ёлочных игрушек. В ящике газеты, а под ними подарок. Когда будет Новый год, потихоньку зайдёшь к бабушке в комнату и положишь на тумбочку. Поняла?
– А что ей сказать? – спросила Нина.
– Ничего.
– Совсем ничего? – удивилась она. – Давай открытку добавим? Поздравительную. У меня есть, как раз новогодняя.
– Не надо, – отказался дедушка и признался виновато: – А вот для тебя у меня подарка нет.
– Мне не нужно, – сказала Нина. – Ты прилетай почаще.
Подошёл Новый год. Нине – она уже почти взрослая – в первый раз разрешили не спать до двенадцати. Пришлось читать наизусть с выражением обещанное стихотворение поэта Сурикова: «Белый снег пушистый в воздухе кружится… И на землю тихо падает, ложится». Длиннющее. Ничего, кое-как справилась.