Гиршович тут же протянул вынутый со дна своего саквояжа формованный из толстой коричневой кожи длинный футляр. Когда, гремя сапогами по брусчатке Красной площади пошли чёткие «коробки» слушателей военных академий, оптический прицел при помощи специально изготовленного кронштейна был присоединён к оружию и майор, опершись локтем на подоконник, принялся ловить в цейссовскую оптику фигуру человека в сером полувоенном френче, стоящего крайним на верхней трибуне Мавзолея…
Вероятно, выстрелов из окна Исторического музея никто на трибуне не услышал. Услышали болезненный вскрик и увидели, как оседает вниз, скрываясь за парапетом, поражённый двумя восьмимиллиметровыми пулями Иосиф Сталин.
И сразу же, пока люди наверху суетились — кто пытаясь оказать медицинскую помощь, кто стремясь спрятаться от вероятных следующих выстрелов, Тухачевский развернулся к находящемуся рядом Маршалу Ворошилову и резко дёрнул левой рукой. Из рукава в его ладонь тут же скользнул плоский никелированный, так называемый, «дамский» пистолетик, до того удерживающийся в скрытом состоянии при помощи хитрой системы, выкроенной из эластичных подтяжек. Один за другим раздались три тихих хлопка выстрелов, направленных в грудь любимца Красной Армии, чуть ниже закреплённых в ряд четырёх орденов Красного знамени. Практически сразу стоящий позади Яков Гамарник выхватил откуда-то компактный «маузер M1910» калибра шесть-тридцать пять. Его выстрелы были направлены в Егорова и Будённого. Однако умеющий хорошо выступать перед аудиторией и находить «правильные слова» для своих статей, «главный замполит» был довольно посредственным стрелком даже на такой короткой дистанции. Первая его пуля угодила сзади в бок Егорова, но пять следующих улетели «в молоко»: ловкий и вёрткий, и как большинство кавалеристов, не обделённый силой Будённый успел увернуться и сразу же кинулся на покушающегося, перехватил его руку с зажатым пистолетом и от души нанёс нокаутирующий удар кулаком в челюсть. Почти сразу же из прохода изнутри Мавзолея на трибуну вырвался младший командир Внутренних войск НКВД и бросился к единственному, держащему в руках оружие — Тухачевскому, который всё ещё стоял над телом своего ненавистного оппонента и начальника. Никелированный пистолетик хлопнул ещё разок, но паренёк не отреагировал на попадание, всей массой тела врезаясь в человека с маршальскими петлицами и валя того на пол…
Торжественность парада была сорвана.
Происходящее на трибуне увидели командиры и красноармейцы. Большинство из них толком ничего не успело сообразить. Стройные ряды смешались. Раздалось несколько выстрелов в воздух — а ведь на парады не берут боеприпасов! С полдюжины старших командиров принялось командовать, приказывая тут же бежать и захватить Мавзолей и ворота Спасской башни Кремля, дескать, там измена и надо хватать заговорщиков.
День Первомая начинался «весело»…
В каждом посольстве уважающего себя государства имеется мощная радиоаппаратура для срочной связи со своими правительствами. В британских, французских, американских, германских, итальянских посольствах стоят радиостанции. Даже в посольстве Персии, которая вот уже два года, с позапрошлого марта, именуется Ираном, она есть.
И все радиостанции размещённых в Москве посольств в первый день мая всё отправляли и отправляли радиосообщения в эфир:
«Покушение на Сталина!»
«Попытка военного переворота в Советском Союзе!»
«Число жертв неизвестно! Арестован заместитель русского военного министра! ГэПэУ свирепствует!».
А в это самое время стоящий у операционного стола высокий человек в белом халате с закрытым марлевой повязкой лицом со звяканьем уронил в эмалированную кювету вторую покрытую мельхиором восьмимиллиметровую пулю. Дыхание оперируемого пациента было ровным…
[1] Слова В. Лебедева-Кумача, текст 1936 года.
[2] Вот что писал годом ранее описываемых событий о квартире самого знаменитого кремлёвского жителя французский писатель А. Барбюс, лично в ней побывавший: «Тут, в Кремле, напоминающем выставку церквей и дворцов, у подножия одного из этих дворцов, стоит маленький трехэтажный домик. Домик этот (вы не заметили бы его, если бы вам не показали) был раньше служебным помещением при дворце; в нём жил какой-нибудь царский слуга. Судя по всему в домике жил не только Сталин, но и остальные большевики. Квартира Сталина — три комнаты и столовая… Поднимаемся по лестнице. На окнах — белые полотняные занавески. Это три окна квартиры Сталина. В крохотной передней бросается в глаза длинная солдатская шинель, над ней висит фуражка. Три комнаты и столовая обставлены просто, — как в приличной, но скромной гостинице. Столовая имеет овальную форму; сюда подаётся обед — из кремлёвской кухни или домашний, приготовленный кухаркой… В капиталистической стране ни такой квартирой, ни таким меню не удовлетворился бы средний служащий. Тут же играет маленький мальчик. Старший сын Яша спит в столовой, — ему стелют на диване; младший — в крохотной комнатке, вроде ниши».
