Когда она задрожала на грани оргазма, он не мог больше ждать. Встал, разорвал штаны, когда они не поддались, они соскользнули с набухшего члена. Освободившись, он взял себя в руки и потерся набухшим кончиком о её влажные губы.
— Ещё, — прошептала она.
Смачивая головку, он тёрся о её киску, надавливая на клитор.
— Перестань дразнить и дай мне свой член, — прорычала она.
Как истинный джентльмен, Нолан дал то, что она требовала, возможно, немного агрессивнее, чем хотел. Он вонзил в неё свой член, и она закричала. Не от боли. Не от шока. Нет, его Кларисса хотела большего.
— Сильнее, Нолан. Дай мне это. О, боже. Сделай это грубо.
Так он и сделал, вбиваясь в податливую плоть, и каждое касание его тела о её звучало ритмичной музыкой, которая заставляла его собственное удовольствие подниматься все выше и выше. Яйца напряглись, а член увеличился так сильно, что грозил лопнуть, но он держался, держался до тех пор, пока она не забилось в конвульсиях оргазма, от которого закричала. Выкрикивая его имя и свой восторг. Он присоединился к ней, рыча её имя, пока его член извергался.
Но его оргазм был недолгим. Дверь в квартиру с грохотом распахнулась, и ввалились охранники, стоявшие снаружи. Развернувшись, Нолан, который в тот момент не был стопроцентным человеком, заорал.
— Убирайтесь!
К счастью для них, они послушались. Он зарычал от досады, что его оргазм прервался.
Хихиканье заставило обернуться. Кларисса стояла, закусив губу, но не смогла сдержать смешок.
— Это не смешно.
— О да, это так. Видел бы ты выражение своего лица.
— И что это за выражение?
— Кота, упустившего свою канарейку.
Затем она разразилась откровенным смехом.
Глава 15
Ладно, возможно, Кларисе следовало усерднее сдерживать веселье, но кто мог её винить? Выражение его лица, когда эти парни ворвались в дом? Девушка едва держалась. Она взвыла от смеха. Его идеальной формы брови сошлись на переносице в раздражении.
— Злая птичка.
— Бедный, расстроенный котёнок, — выдавила она.
— Я покажу тебе, кто расстроен.
Нолан шагнул к ней со всей кошачьей грацией хищника, и она попятилась, но не из страха, а потому что хотела продлить момент. Он, вероятно, и понятия не имел, насколько сексуально выглядит. Волосы обрамляли его лицо пышной золотистой гривой, глаза горели раздражением и вожделением, а его роскошное тело — со всеми этими великолепными мышцами — напряглось. Что касается его члена, то, о чудо, он зашевелился, очевидно, готовый ко второму раунду. Ей повезло.
Наслаждаясь зрелищем, она не обратила внимания на то, куда ведет отступление, и ударилась о край надувного матраса. Покачнувшись, она, возможно, и удержала бы равновесие, но он воспользовался моментом, чтобы прыгнуть, и прижал своим телом к упругой поверхности, и Кларисса уже приготовилась к тому, что матрас лопнет. К её удивлению, он выдержал, и это тоже было хорошо, учитывая, что тело Нолана прижималось к ней, и твердый член в том числе, что ясно указывало на то, что будет дальше.
— Это твой способ сказать, что мы ещё не закончили? — спросила она между его жадными поцелуями.
— Ни в коем случае, — прорычал он, прикусывая её нижнюю губу.
— Хорошо. Ложись на спину.
— Извини?
— Я сказала, ложись на спину. У тебя уже дважды была возможность исследовать моё тело. Теперь моя очередь сделать то же самое с тобой.
Ей не нужно было просить ещё раз. Со зловещим скрипом пластика он бросил их на надувную кровать, пока она не взгромоздилась на него сверху. Она села, зарывшись пальцами в волосы, покрывающие его грудь. Не будучи волосатым животным, он, тем не менее, обладал легким золотистым пушком, по которому она могла пробежаться пальцами. Он закрыл глаза, и когда она погладила его, что-то зарокотало.
Не может быть. Она остановилась.
— Ты мурлычешь?
Он приоткрыл один глаз и лениво посмотрел на неё.
— Да. Это какая-то проблема?
— Нет. Просто всё отличается.
— Привыкай. Счастливые котики мурлычат.
Её губы скривились от его заявления, но он, к счастью, этого не заметил, так как уже закрыл глаза. Нолан продолжал выражать удовлетворение, и, хотя она никогда бы в этом не призналась, это доставляло ей удовольствие. Но она хотела, чтобы Нолан был не просто счастлив. Она хотела свести его с ума. Заставить выгибаться и стонать её имя. Кричать во всю глотку, когда он кончает в неё. Кстати, об этом…
— Ты забыл о защите своего солдата.
Он замер под ней.
— Я так и сделал, да?
Странно, что его голос звучал не слишком встревоженно. Но, с другой стороны, он читал её личное дело, в котором были медицинские записи и анализы.
— Полагаю, ты чист.
— Безукоризненно чист.
— Думаю, хорошо, что мне сделали укол. — Противозачаточный укол. Кларисса нечасто танцевала горизонтальное мамбо, но когда делала, то предпочитала лишний раз не беспокоиться.
— Думаю, да.
— Значит, мы можем обойтись без защиты?
Он шумно вздохнул и перестал мурлыкать.
