Стало быть, он и правда ее любит?
У него не было времени разбираться в своих эмоциях. Они были живы, и он хотел, чтобы так и оставалось. Хадсон посмотрел на труп.
— Мы уходим, — сказал он, вспоминая ворота и сторожку, которые они видели, пока ехали в повозке. — Выйдем через ворота так, будто мы здесь хозяева.
— Что? — не поняла Камилла.
— Я, конечно, меньше него, но, возможно, достаточно большой, чтобы одурачить охранников ночью. В маске и перчатках… это может сработать. Кто в здравом уме попытается остановить этого монстра?
— Ты можешь выбраться отсюда в его обличье, но меня они не выпустят. И что насчет Мэтью и Профессора? Они ведь тоже здесь, не так ли?
— Да. Только какого дьявола они здесь делают?
— Они здесь за тем же, что и мы, — покачала головой Камилла. — Подозреваю, они пришли, чтобы спасти нас.
Он кивнул.
— Да, — сокрушенно сказал он, потому что понимал: это было правдой. И еще кое-что было правдой. — Если б ты не придушила этого зверя, я был бы уже мертв. Спасибо тебе.
— Он был большой мишенью, — усмехнулась Камилла. — Я не могла промахнуться.
Ему хотелось прижать ее к себе хотя бы здоровой рукой, но времени было в обрез. Венера могла вернуться в любую секунду.
— Помоги мне снять с него перчатки и плащ, — сказал он. — Моя левая рука сломана, я не могу ею пользоваться.
Когда они закончили, он попросил Камиллу расстегнуть ремешки маски. Однако, когда они закончили, Хадсон обнаружил в себе любопытство, присущее его лучшему другу. Оно было почти так же сильно, как его боль.
— Давай попробуем перевернуть его. Я должен увидеть его лицо.
Это усилие выбило из обоих остатки сил, но им удалось перевернуть труп на спину. Металлическая маска немного помялась, но все равно была цела. Хадсон снял ее с лица и посмотрел на мертвеца.
Ему было около сорока, у него были карие глаза, смотревшие прямо, и широкое лицо с квадратной челюстью. Его темные волосы были коротко подстрижены. На верхней губе и щеке виднелся шрам. На переносице были заметны следы нескольких переломов. Хадсон посмотрел на синяк на горле, который уже начал чернеть, и увидел еще один шрам в том месте, где когда-то мужчине перерезали горло, вероятно, повредив и, возможно, перерезав голосовые связки. Он подумал, что тот, кто оставил шрамы на теле этого человека, должно быть, тоже был монстром.
Он понял, что смотрит на лицо такого же солдата, как и он сам, послушного зову битвы.
Хадсон обратил внимание на стену с оружием, на все эти острые клинки, предназначенные для того, чтобы калечить и убивать. Они были важной частью жизни Лупо. Какой была бы его жизнь без них? Потому что сам Хадсон устал от войны, смертей и убийств. Все, чего он сейчас хотел, — это быть с Камиллой в любой роли, в которой она бы его приняла.
Любил ли он ее по-настоящему? Он не был уверен, что познал любовь, но чувствовал себя комфортно в присутствии этой женщины. Он хотел обнять ее и помочь ей прожить остаток жизни так, как она помогла бы ему. Настоящая любовь? Это было тайной, как и вера Камиллы в то, что они встретились и узнали друг друга в какую-то далекую эпоху.
Но
Им нужно было выбираться отсюда. Камилла помогла Хадсону надеть перчатки. Пришлось надевать и маску, на которой остались кровавые следы от последнего выдоха Лупо. Он решил не брать со стены другое оружие. Камилла надела маску ему на голову, они поднялись по лестнице и осторожно вышли за дверь. Фальшивый человек-волк шел впереди.
Что делать с Мэтью и Профессором Фэллом? У Хадсона была идея, как вывести за ворота себя и Камиллу. Но как вывести остальных?
Они шли по продуваемой ветром садовой дорожке, но держались в стороне от виллы, проходя через темный участок с декоративными кустарниками слева от подъездной дорожки. По дорожке внезапно проехал маленький коричневый экипаж с черной отделкой, запряженный двумя лошадьми, с неизвестным Хадсону кучером. Экипаж проехал мимо них, удаляясь от главной дороги.
Осторожно продвигаясь в пределах видимости ворот и сторожки, они увидели, как большой черный лакированный экипаж Скарамангов, запряженный четверкой лошадей, выехал на подъездную дорожку позади виллы. На месте кучера сидели двое мужчин, одним из которых был Пагани, а второй — незнакомцем. Карета остановилась перед ступенями виллы, и, когда Хадсон и Камилла пригнулись, чтобы их не было видно, они увидели, как Марс Скараманга, Мэтью и Профессор выходят из дома.
Скараманга нес лампу. Жестом он приказал остальным поторапливаться. Все забрались в карету, та тронулась, ворота открылись, и карета повернула налево в сторону Мирано.
Двое мужчин в сторожке закрыли и снова заперли ворота.
— Хорошо, — как можно тише сказал Хадсон из-под маски. — По крайней мере, я знаю, что Мэтью и Фэлл выбрались оттуда. Слава Богу… правда, только он теперь и знает, куда они направляются.
Не похоже, что их силой запихивали в карету.
А где же эта проклятая сестра?
