"Это похоже на то, как с твоих мышц снимают напряжение во время массажа…" — мелькнула мысль, когда вслед за рукой Тангира, по моей талии побежала волна тепла и расслабила всё тело.
— Так значит, все они действуют заодно. И тот, кто убивает женщин, и тот кто содержит Клетки и распространяет чушь про ангелов и демонов, тем самым привлекая ещё больше внимания к таким местам.
— Мгм… — Тангир крепче сжал ладони на моей талии, и прошёлся взглядом между нами, кивнув и втянув нижнюю губу в рот, очевидно пройдясь по ней зубами и тихо ответив:
— Конгрессмен ухажёр жены Мая, доказал подобное лишь тем, как водил нас "по краю правды".
— Он действительно любил Грету. Действительно хотел защитить её, — я встретилась взглядом с Тангиром и продолжила, — Однако в конце вмешались деньги и выгода.
— Такой сопляк, и уже член конгресса в тридцать? — псих только хохотнул, а вибрации его смеха ударили в моё тело, — Тебя не наводит на мысль, что он им не просто так стал? Ты агент, или… — Тангир приподнял бровь, — Носишь пушку только чтобы парней цеплять?
Я скривилась и хотела встать, но меня не пустили, наоборот крепче прижав и вынудив лечь на мужскую грудь.
— Куда ушла? У нас тут разработка подозреваемого! — Тангир впился в мои губы, и замычал в них так, что по мне снова побежала волна дрожи.
Уже сейчас я понимала, что поездка в Серро Гордо — ловушка, в которую мы намеренно попадем, чтобы узнать личность того самого стервятника. Именно он был мне нужен. Если он не прекратит убивать, это дело действительно обретет резонанс таких масштабов, что все заголовки запестрят названиями о сектах и кровавых расправах в них опять. А это и нужно было тем, кто содержал Клетки. Следовательно, теперь я хорошо понимала, что моя основная цель — именно убийца женщин.
Интуиция наводила только на один вывод: убийца пастора Абрахамса и тот, кто следил за мной помимо людей Шавката может вполне оказаться именно тем, кого мы ищем.
"Это один и тот же человек…" — прошептала в мыслях, прежде чем уснуть, чувствуя мерное и тихое сопение в подушку слева.
Странное чувство. Сверху потолок, подо мной кровать. Всё как обычно, и в тоже время необычно, потому что со мной уже неделю в ней спит мужчина. Я повернула голову на подушке и присмотрелась к лицу Тангира во сне. Он спал вот уже вторую ночь настолько спокойно, что я решила, будто с ним что-то не в порядке.
Продолжая смотреть, не заметила, как уснула сама, а когда открыла глаза, стояла посреди разрушенной взрывами улице. Отовсюду раздавались крики, но они были похожи на касание далёкого эха. Мой слух улавливал их мимоходом, концентрируясь только на лице высокого парня. Блондин, худощавый и жилистый, встал посреди дороги точно так же, как я.
Медленно подняв руки, я посмотрела на детские пальцы, испачканные в пыли и болоте. Перевернула их тыльной стороной, пытаясь понять, как ребёнок может мыслить взрослыми словами и речью. Как я вообще могла попасть в такое крохотное тело? Однако, лишь подняв взгляд, в меня словно тысячи иголок впились. Они проникали под кожу медленно и плавно. Не спеша доводили до дрожи и озноба от страха. И вызвал это цепкий взгляд напротив.
— Ранко… — выдохнула, а из горла вырвался детский крик, — Ранко!! Постой!!!
Но брат только смотрел на меня и улыбался, наблюдая за тем, как вокруг падают замертво люди. Казалось его не заботил этот ужас. Казалось ему всё равно, что вокруг умирают близкие и знакомые. Он словно живой мертвец смотрел на меня и улыбался, пока не стал хохотать, как безумный. Смеялся настолько громко, что это заставило закрыть уши и присесть. Я плакала, чувствовала это и продолжала рыдать, зовя брата. Но Ранко лишь смеялся, пока не замер.
Брат медленно показал из-за спины руку, в которой была зажата цепь. Кнут, с сребристой цепью, который я слишком хорошо знала. Он рассек им воздух, а металл обмотался вокруг моей шеи, вынуждая задыхаться. Заставляя прохрипеть криком о помощи, и увидеть уже свои руки, которые пытаются освободить шею от холодной цепи.
И только подняв взгляд вверх, замираю, потому что всё исчезает и я не могу рассмотреть своего брата вновь. Всё темнеет, образуя воронку, в которую засасывает все предметы, дома, улицу и убитых людей.
— Окно… — я открыла глаза, прохрипев только это, а потом схватилась за горло делая глубокий вдох, который вызвал кашель, как у астматика.
— Йаа! Во… (Эй! Что…) — рядом поднялся Тангир, и настолько испугался, что схватил меня тут же, став похлопывать по спине со словами:
— Сейчас. Погоди… — он быстро поднялся, и схватив со столика бутылку воды, присел рядом у кровати, и вложил стакан с мои руки.
Я сделала два огромных глотка и только потом смогла дышать. Тангир высматривал что-то на моём лице, пока не пригладил мои волосы и не заправил за ухо одну из прядей.
— Кошмар приснился? — гортанно прошептал, но я покачала головой и хрипло после кашля ответила:
— Это как Окно Овертона, основанное на четких фреймах, Тангир.
