Виктор с нежностью и желанием утешить накрыл тонкие женские пальцы своей ладонью.
— Теперь я хочу, чтобы ты был счастлив с этой женщиной за вас двоих.
— Разве такое возможно?
— Ну, хорошо. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив с Марианой. Чтобы этот брак из левиратного превратился в настоящий.
— Как у вас с отцом?
— Нет. Мы с Оскаром — плохой пример. Мы слишком долго брели к совместному счастью и наделали столько глупостей, что и не перечесть.
— Оскар хотел, чтобы я женился на Изабелле.
— Терпеть не могу, когда ты называешь отца по имени! В отличие от меня Оскар ещё не подпал под очарование твоей жены, однако позиции свои сдаёт, не сомневайся.
— А если у нас с Марианой не будет общих детей? Что тогда? Стейнам нужен наследник.
— А вы постарайтесь, — возмутилась Элен. — И начните прямо сегодня. Вместо того чтобы просиживать за карточным столом и играть в бильярд, удели внимание жене.
— Ну, матушка, — усмехнулся Виктор.
— А что матушка? Будто я не знаю, откуда дети берутся, — фыркнула в ответ маркиза. — Кстати, не слишком ли долго твой дядька крутится возле Мари? Иди, забери у него свою жену.
С этими словами леди Элен подтолкнула пасынка в сторону Лилианы и герцога Каунти. Впрочем, Виктор и сам собирался подойти к жене и поинтересоваться, о чём же так увлечённо она беседует с герцогом. При его приближении оба замолчали, а с лица девушки тут же сбежала тёплая улыбка, с какой она смотрела на Грегори.
— Извините, что прерываю ваш интересный разговор. Дорогая, подарите мне танец, если, конечно, он никому не отдан.
— Не отдан, — девушка вложила в руку мужа свою маленькую ладошку. — Ещё раз спасибо, Ваша светлость.
Зазвучала музыка, объявили начало фигурного вальса, в котором все пары выстраивались по кругу и поочередно исполняли танцевальные фигуры. Этот танец был медленнее обычного вальса, и во время его исполнения было неудобно разговаривать. Чему Лил несказанно обрадовалась. Однако, оказалось, её муж нисколько не боится запутаться в очерёдности фигур, отвлёкшись на разговор.
— У вас поразительная способность заводить новые знакомства.
— Не вижу в этом ничего особенного. Обыкновенная общительность. Некоторые считают это качество у женщины неприличным.
— Интересно кто?
— Вы как-то выказали недовольство живостью моего характера.
— Это когда вы чуть не сломали себе шею ради сломанной руки?
— Именно так.
— Мы опять ссоримся, — усмехнулся Виктор.
— Просто мы с этого начали нашу совместную жизнь, — легко кружась под рукой мужа, заметила Лил. — И этим же планируем закончить.
— Навсегда остаться врагами?
— Вы желаете мне отомстить. Я с покорностью жду расплаты…
— Вы сегодня сами на себя не похожи.
— О да. Эту причёску я сделала в первый раз, и платье тоже новое.
— Вы понимаете, о чём я….Лил.
Девушка споткнулась, лицо сначала побледнело, потом вспыхнуло, а глаза испуганно расширились. Виктор помог жене удержать равновесие и добавил:
— Похоже, нам предстоит долгий разговор.
Они замолчали. Лилиана не решалась смотреть мужу в лицо. Маркиз чувствовал, что жена то и дело вздрагивает. В конце танца он не удержался, приобнял девушку за талию и шепнул ей на ушко:
— Ничего не рассказывайте вашей сестре. И ничего не бойтесь. Не такой уж я зверь, каким мог показаться в начале нашего знакомства.
Элен заметила взволнованное состояние Лил и отправила её отдыхать:
— Милая, ты устала. Ещё бы! Встаёшь ни свет, ни заря. Пора привыкать к столичной жизни, где раньше обеда с постели не поднимаются. С гостями я тебя перезнакомила, можешь идти в свою комнату. Думаю, муж скоро к тебе присоединится. Он тоже очень устал с дороги.
Лилиана поспешила воспользоваться милостивым предложением Элен и покинуть зал. Что же будет? Откуда Виктор всё знает? Теперь в его власти погубить обеих сестёр, навсегда опозорив обманщиц в глазах общества. Впрочем, риск разоблачения с самого начала был очень велик. Так чему же она удивляется?
Когда Виктор вошёл в спальню, Лилиана стояла в темноте у окна и, придерживая рукой тяжёлую бархатную штору, глядела сквозь мокрое от дождя стекло. Девушка переоделась ко сну. Несмотря на то, что в спальне было хорошо натоплено, она зябко куталась в кружевной пеньюар поверх тонкой батистовой сорочки. Маркиз молча подошёл к туалетному столику, бросил на него перстень и запонки, расстегнул и снял шёлковый сюртук. Лилиана повернулась на шум.
— Вы не стали ложиться спать в ожидании нашего разговора? — не столько спросил, сколько констатировал очевидный факт Виктор.
— Если вы устали, мы можем поговорить завтра, — с искренней заботой в голосе предложила Лил.
— Вы предлагаете сразу лечь в постель? — а вот это уже был вопрос. Без ехидства, без насмешки, просто с улыбкой в голосе.
— Дорога, должно быть, сильно вас утомила, — Лил слегка растерялась от ощутимой двусмысленности, промелькнувшей в словах маркиза.
— Не настолько, чтобы просто лечь и уснуть. Давайте лучше поговорим. И желательно при свете. Я хочу видеть выражение вашего лица.
