Далее я хотел бы процитировать исследование Томаса Пикетти «От советов к олигархам: неравенство и бедность в России в 1905-2016 годах». Я знаю, что Пикетти правый социал-демократ, что он не читал «Капитала» Карла Маркса, но это не имеет особого значения в данном случае. Вот, что пишет там этот французский экономист: «Интересно также сравнить эволюцию общей доли государственной собственности в России и других странах. В развитых странах доля чистого общественного богатства в чистом национальном богатстве была значительно позитивной в период после Второй мировой войны до 1980 года, примерно в 15-25% национального богатства, что отражает низкий государственный долг и значительные государственные активы (включая корпоративные активы в производство и финансирование в нескольких западных странах). Чистое общественное благосостояние значительно сократилось с 1980-х годов, обусловленное как ростом государственного долга, так и приватизацией государственных активов. К 2015 году нетто-общественное богатство приобрело негативное значение в Великобритании, Японии и США (и едва ли оно сейчас позитивно в Германии и Франции). Фактически это означает, что владельцы частных богатств владеют эквивалентом общих государственных активов (через финансовое посредничество и право собственности на государственный долг), а также часть будущих налоговых платежей (в странах с отрицательным чистым общественным достоянием). Экс-коммунистические страны, такие как Россия, Китай и Чешская Республика, придерживались той же общей модели, что и развитые страны в последние десятилетия, а именно уменьшающейся доли публичной собственности, но начиная с гораздо более высокого уровня общественного богатства. В этих трех бывших коммунистических странах доля чистого общественного богатства в 1980 году составляла 70-80% и в 2015 году составляла 20% (Россия) и 30-35% (Китай и Чешская Республика), т.е. который выше, но не сопоставим с тем, что наблюдается в «капиталистических» странах в период «смешанной экономики» (1950-1980 годы). Другими словами, эти страны перестали быть коммунистами, в том смысле, что государственная собственность перестала быть доминирующей формой собственности, но у них все еще гораздо больше значительного общественного богатства, чем у других капиталистических стран. Это объясняется как низким уровнем публичности, задолженностью и значительными государственные активы (в том числе в России в энергетическом секторе). В контексте России мы говорим об общей атмосфере недоверия и непрозрачности в экономической политике, а также о развитой коррупции.».
А теперь еще раз все то же самое, но простыми словами. «Общественным богатством» Пикетти называет все собственность государства, регионов и муниципалитетов. Это все: школы и детские сады, водопроводы и дороги, золотой запас и доли в частных компаниях. «Национальное богатство» – это вообще все, что есть у страны и у ее жителей. Хрущевки в Соликамске и дворцы на Рублевке, иностранные счета и яхты олигархов, Ваша квартира и дача и тому подобное. Так вот, в Советском Союзе и Китае до рыночных реформ доля этого самого «общественного богатства» была 70-80% от «национального богатства». В 2015 году доля «общественного богатства» от «национального богатства» в России составила 20%. То есть российский госсектор занимает лишь 20% (пятую часть) от всей нашей экономики. В Китае госсектор контролирует 30-35% экономики, что сравнимо с показателями современной капиталистической Чехии. То есть в Китае частный сектор намного превосходит государственный. Это говорит о том, что экономика Китая есть просто капиталистическая экономика с большим государственным участием. Об этом же свидетельствует уровень экономического неравенства, который превышает уровень неравенства в США. Об этом Пикетти писал в своей книге «Капитал в XXI веке». Именно поэтому Попов глубоко неправ, утверждая, что будто бы Китай все еще социалистическое государство. Энвер Ходжа, кстати, считал, что капитализм в Китае был реставрирован в 1978 году Дэн Сяопином. КНР после 1978 года классифицировалась Энвером Ходжой как империалистическое государство, где у власти находится фашистская диктатура. В этом контексте утверждения Попова о существовании социализма в Китае является по меньшей мере странными.
Также нужно отметить, что профессор Попов утверждал, что «в России не банки, а ростовщические конторы». Он многократно отрицал существование финансового капитала в современной России. Последний раз – во время того же интервью Семину. Полагаю, мне не требуется сейчас доказывать, что финансовый капитал в России все же есть, притом он играет большую роль в экономике и общественной жизни.
Наконец, не следует забывать о том, что Михаил Васильевич был неоднократно замечен в весьма подобострастном отношении к Владимиру Путину.
