Рано утром мы отправились в поместье Властителя Западной Долины. На всем пути я и Эйрин много разговаривали, впервые, между нами, действительно не было никаких недомолвок. Это окрыляло мое изрядно измотанное сердце.
Вечером мы наконец-то полностью завершили процесс лечения. Яда больше не было, но Эйрин снова потеряла сознание. Я укутал ее в теплое одеяло и не выпускал из своих объятий. В душе был абсолютный штиль. Не было ни тревоги, ни беспокойства, хотелось просто сидеть вот так, обняв Эйрин, слушать как трещит костер и никуда не спешить, никуда не ехать, никого не ловить. Чтобы этот момент продлился как можно дольше и утро настало не так быстро.
Но утро настало, и мы продолжили путь. Властитель Западной Долины встретил нас и разместил в комнатах, чтобы мы успели хорошенько отдохнуть перед балом. Но я решил сначала поговорить с Лугусом, чтобы у него было время принять верное решение.
Мой старый друг не сразу поверил в мои слова, но я рассказал ему абсолютно все максимально подробно. Он не мог поверить, что его младший сын попытается убить на празднике старшего брата. Мой старый друг признался, что также заметил странности в поведении своего сына, он стал более агрессивным, надменным, а раньше он был очень спокойным, тихим. Теперь он часто пропадает из поместья на несколько дней. Но все равно оснований для его задержания Лугус не видел и решил, что необходимо сначала проверить всех людей и переговорить со Свартом.
Мы разговаривали всю ночь и под утро я вернулся к ребятам, которые ждали меня в моей комнате. Я все им рассказал и раздал девушкам кулоны, что спрячут их энергию, по-хорошему их надо было дать еще раньше.
Вечером мы собрались у лестницы, и я не в силах был оторвать восхищенного взгляда от Эйрин. Главная портниха, лучшая в своем роде, не видя Эйрин, создала настоящее произведение искусства. Тончайший иссиня-черный шелк идеально сидел на ее точеной фигуре, закрытое спереди, но с открытой спиной и цепочкой из множества драгоценных камней.
Мы сливаемся с толпой танцующих пар, я притягиваю к себе Эйрин и ловлю знакомый аромат мяты. Почувствовав вначале неуверенность Эйрин в танце, взял все на себя. Все это время мы не отводили взгляд друг от друга, наслаждаясь каждым моментом, касанием друг друга, танцем и музыкой. Но музыка резко оборвалась и в зал прошли хозяин поместья, виновник торжества. И Сварт.
Все время Сварт сидел подле отца и никуда не отлучался, ни с кем не говорил. Вскоре Лугус покинул зал вместе с младшим сыном, а перед этим поймал мой взгляд в толпе и дал знак слегка кивнув.
Сварт во всем признался, а потом все перемешалось. Вместо Сварта перед нами стоял Агирик. Волной нас отбросило в сторону и хорошо приложило о стену. Он направил на нас темный сгусток энергии, я лишь успел выставить перед нами меч, надеясь, что он справится с такой силой. А дальше темнота.
Сначала я бродил во тьме. Не было ни звука, ни проблеска света лишь густая обволакивающая со всех сторон тьма. Но она исчезла также неожиданно, как и появилась. Я стоял в заснеженном лесу. Вокруг все также тихо, но стоило мне сделать шаг, как я услышал хруст снега под ногами. Я в одной рубашке и брюках, босиком, мне было очень холодно. Я пытался вспомнить, что произошло, но в голове пустота, было лишь острое желание идти вперед, и я поддался ему. С каждым шагом мне становилось теплее, но на сердце тяжелее. Я рылся в себе, пытаясь понять причину моих болезненных ощущений, но безуспешно. Я шел все дальше и наконец-то увидел впереди все тот же лес, но он был в зелени и там летали птицы, я заметил даже пробежавшего оленя. Я сделал еще несколько шагов навстречу лету и вот я уж стоял на границе, мне оставался один шаг, но сначала меня остановил любящий голос, а затем мое тело обволокло невидимым жгутом и начало обдавать то леденящим холодом, то обжигающим теплом, а ступни покрыло слоем льда. И снова темнота затянула меня в свои липкие объятия.
Когда я проснулся то был уже в своей комнате, в своей родной постели. Осознание случившегося накатило на меня мгновенно, заставляя застыть кровь в моих жилах. Я мог больше не проснуться. Я мог больше не увидеть Эйрин и это после ее-то слов. Физически я чувствовал себя отвратительно, тело все чесалось, как потом я увидел, из-за ожогов.
Рядом на стуле задремал Оберон, но от моих попыток встать он сразу же проснулся. Пока он помогал мне одеться, рассказал обо всем, что произошло. Я задержал взгляд на своем отражении в зеркале. Оберон паршивец даже и слова мне не сказал, а не посмотри в зеркало, я бы не обратил внимание на то, что теперь мой левый глаз серого оттенка. Серый зрачок сильно выделялся и не придавал мне больше очарования. Эйрин снова спасла мне жизнь, в который раз, и я лишь думал о том, как она отреагирует на изменения. Я отправился на кухню и, приготовив ароматный кофе, пришел в ее комнату. Возле Эйрин дежурила Хилария, но увидев меня быстро удалилась из комнаты.