Но Пантелеев уже настроил себе воздушных замков и размечтался, какой процент в скором приберет к рукам, а тут выходит, деньги утекли прямо из-под носа. Ах, паразитка Алла, да ее убить за это мало! Значит, плохо работала, дрянь. А выяснять у Натальи, уважаемой дамы, бесполезно, она не станет перед ним отчитываться, хорошо, если вообще ответит на звонок… За все можно отыграться на подчиненной. Она должна понести наказание за крушение его надежд, хотя бы в виде выговора или лишения премии. Виновата – не виновата, свои люди – сочтемся.
И почему именно русский написал комедию «Свои люди – сочтемся»? Не немец, не француз, не англичанин? Да потому что это сродни русскому менталитету, печься о благополучии чужих, когда бедствуют свои, корни которого кроятся в необъяснимом презрении к народу, в отношении верхов к низам как к низкосортным существам, которые обойдутся, перебьются, стерпят все и при любом раскладе. А раз стерпят – значит, сочтемся. В СССР сочлись, когда тоннами отправляли продовольствие в развивающиеся страны, в то время как у своих строителей «светлого будущего» самые необходимые товары и те были в дефиците. В РФ с легкостью прощают другим странам многомиллиардные долги, когда подавляющая часть
Русская классика тем и сильна, что несет пророческий посыл. Достоевский в «Бесах» предсказал революцию, Островский как в воду глядел, два столетия назад в трех словах вывел формулу отношения русских к русским, которая работает по сей день. Они настолько прочувствовали, изучили ментальность народа, что стали предугадывать события; по русским классическим романам можно писать историю с прогнозом на будущее, а не наоборот, накладывать художественные образы на сухую историческую основу.
И Алла не собиралась терпеть, не желала, чтобы с ней сочлись. У нее было два выхода: либо стоять и обтекать грязью, либо поставить на место этого борова, предъявлявшего ей незаслуженные обвинения. Она бы в любом случае выбрала второе, но не произойди в ее жизни события последних дней и не будь ее нервы на пределе, сделала бы это куда мягче.
– Моей вины нет никакой, и не надо делать меня крайней. Выбирайте партнеров понадежнее, а не тех, у кого семь пятниц на неделе, – ко мне же никаких претензий. Мой единственный косяк лишь в том, что я добрая, безотказная дура, поехала в эту чертову командировку, когда все здравомыслящие люди отказались, но с меня хватит. Видала я такие поездочки! Трясись двадцать часов в автобусе, а на тебя вместо благодарности еще ушат грязи выльют! – она и не заметила, как сорвалась на крик.
Боров не ожидал такой реакции от спокойной, интеллигентной Аллы. Его жирный зад нервно заерзал на кресле, глазки засверкали.
– Девушка, не кричите на меня. Вы получаете выговор и лишаетесь премии. Покиньте мой кабинет! – выкрикнул он, пропустив ее слова мимо ушей. Он не желал слушать ее, поскольку слышал только себя и свой непомерный аппетит в деньгах.
– Да пожалуйста! – хлопнув дверью, выбежала Алла вся в слезах.
«Вот так, паши на них, как лошадь, спины не разгибая. Отымеют за мизерную зарплату и слова доброго не скажут, еще и косяки свои повесят на тебя, – душила ее обида, – вот так работать на дядю. В будущем надо из шкуры вон вылезти, но свое дело открыть!»
Алла спустилась в отдел кадров, где написала заявление на трехдневный отпуск за свой счет. Ей необходимо было время остыть и переждать, когда пройдет эта проклятая черная полоса, разобраться, наконец, с домашними проблемами. Вернуть отношения в прежнее русло ей было куда важнее, чем выслужиться перед черствым, самодовольным начальством, для которого люди – быдло, инструмент для личного обогащения.
Уже на улице она подумала о том, что неплохо встретить Павла ужином. Готовить не было желания, но сидеть до вечера без дела… Так сойдешь с ума. Купила в супермаркете продукты и принялась готовить курицу, крошить салат.
Время тянулось, и это действовало ей на нервы.
В полседьмого вечера скрипнул замок, и на пороге появился Пашка, желанный, долгожданный…
Алла засияла, четыре дня его не видела, и вот он здесь. Ее счастью, облегчению не было предела, словно неприятности на работе, то жестокое СМС приснились ей во сне, но пришел любимый, и засияло солнце, все кошмары улетучились с приближением утра.
Она выбежала к нему, бросилась было в объятия, но он как-то холодно отстранился и, даже не взглянув на девушку, прошелся в зал. Весь вид его, отсутствие румянца на сероватом лице, потухший взгляд и синие борозды под глазами, выдавал человека изможденного, сутки не спавшего, отравившего ночь муками, страданием. Алла видела его таким один единственный раз, когда умер двоюродный брат, с которым они вместе выросли, и Пашка сам выглядел как покойник – сейчас примерно то же самое.
