– Ерунда! У тебя с Чэнь Мэй ведь никакого кровного родства нет, о каком кровосмешении можно говорить? Что касается возраста, это вообще не вопрос. Вон, восьмидесятилетний старец взял в жены восемнадцатилетнюю, разве об этом все только и говорят? Главное, что даже тела Чэнь Мэй не видел, она как инструмент, ты всего лишь взял ее напрокат попользоваться, вот и все. В общем, брат, не стоит столько размышлять, не надо лезть на рожон, закаляй здоровье как следует, готовься растить сына.
– Не нужно говорить, что это бесполезно, – указал я на свои губы, покрытые волдырями, будто от ожога, – мне действительно невтерпеж! – И я посмотрел в лицо старому однокласснику. – Умоляю тебя, передай весточку Чэнь Мэй, скажи, чтобы она немедленно прервала беременность, я уплачу изначально определенную плату за суррогатное материнство и еще десять тысяч в возмещение вреда ее здоровью от искусственного вызывания родов. Если ей покажется мало, добавлю еще десять тысяч.
– Ну и зачем это тебе надо? Раз уж тебе не жалко денег, подожди, когда она родит, деньги потребуются, чтобы уладить то и се, здесь и прописка, и то, чтобы официально оформить отцовство.
– Вот я не знаю, как это всем объяснять.
– А не много ли ты о себе мнишь, брат? – съязвил Ли Шоу. – У всех забот полон рот, чтобы еще лезть в твои дела, кем ты себя считаешь? Всего-то написал пару паршивых пьес, которые никто не читает. Родня императора, что ли? Сын родится, так вся страна праздновать будет?
В это время в ресторан вошли, озираясь, несколько туристов с рюкзаками на спине. Им навстречу с улыбкой шариком выкатился ряженый Санчо. Я понизил голос:
– Единственный раз в жизни тебя прошу.
Обхватив плечи руками, он покачал головой: мол, рад бы помочь, но не могу.
– Что же ты, подлец, мать его, будешь вот так смотреть, как я погружаюсь в пучину страданий?
– Ты ведь таким образом хочешь, чтобы я помог тебе убить человека, – тоже понизил он голос. – Это же шестимесячный плод, уже может из живота «папа» крикнуть!
– Так ты поможешь или нет?
– Думаешь, я смогу увидеться с Чэнь Мэй?
– Ну, с Чэнь Би-то ты точно сможешь увидеться, вот и передай ему мои слова. А он пусть сходит к Чэнь Мэй.
– Встретиться с Чэнь Би проще простого, он каждый день клянчит милостыню перед воротами храма Матушки Чадоподательницы. Вечером с собранным подаянием приходит сюда выпить вина, а по пути прихватывает хлеба. Можешь посидеть здесь, подождать его, а можешь подойти прямо к нему. Но я надеюсь, что ты с ним говорить не станешь, без толку это. Если в тебе есть сострадание, не стоит мучить его такими делами. За все эти годы я вынес один опыт: лучший способ решать щекотливые вопросы – это спокойно следить за изменением событий и действовать сообразно обстановке, как говорится, толкать лодку по течению.
– Ладно, – сказал я, – вот и толкай лодку по течению.
– Когда ребенку исполнится месяц, брат, устрою банкет, отпразднуем это дело как следует.
Когда я вышел из ресторанчика, на душе и впрямь стало намного легче. На самом деле что в этом такого, всего лишь ребенок должен родиться! Все так же сияет солнце, по-прежнему поют птицы, распускаются цветы, зеленеет трава, все так же дует легкий ветерок. На широком пространстве площади гусиными крыльями расходился эскорт Матушки Чадоподательницы. Под оглушающий грохот барабанов множество женщин, уповающих на рождение сына, проталкивались вперед в надежде выхватить из рук Матушки этого драгоценного младенца. Люди так пылко воспевают рождение, ожидают его, радуются ему, а я из-за того, что моего ребенка вынашивает кто-то другой, мучаюсь, беспокоюсь и тревожусь. Это говорит лишь о том, что проблема не в обществе, проблема во мне.
