Более того, британский социализм, служивший путеводной звездой для американского прогрессивизма, был насыщен евгеникой. Фабианцы Сидней и Беатрис Уэбб, Джордж Бернард Шоу, Гарольд Ласки и Герберт Уэллс разделяли приверженность ее принципам. Джон Мейнард Кейнс, Карл Пирсон, Хейвлок Эллис, Джулиан и Олдос Хаксли и Иден Пол, а также такие прогрессивные издания, как журнал New Statesman (основанный Уэббами) и газета Manchester Guardian, также в той или иной степени были сторонниками евгеники.
Как уже отмечалось выше, Уэллс был, пожалуй, самым влиятельным литератором среди американских прогрессивистов эпохи, предшествовавшей Второй мировой войне. Несмотря на свои призывы к новому «либеральному фашизму» и «просвещенному нацизму», Уэллс более чем кто-либо еще тяготел к прогрессивной модели будущего. Он также был увлеченным евгенистом, и в частности высказывался за уничтожение непригодных и цветных рас. Он пояснял, что для достижения его «Новой Республики» «массам черных и коричневых, а также грязно-белых и желтых людей» «придется уйти». «Возможность улучшения человеческой породы связана именно со стерилизацией неудачных экземпляров, — добавлял он, — а не с выбором наиболее успешных особей для продолжения рода». В работе «Новый Макиавелли» (The New Machiavelli) он утверждает, что евгеника должна быть основным принципом любого истинного и успешного социализма: «Каждое улучшение носит временный характер, кроме улучшения расы». Хотя Уэллс отличался достаточной щепетильностью по отношению к конкретным мерам, принимаемым государством с целью претворения этого вывода в жизнь, он продолжал активно защищать интересы государства в вопросе ограничения роста численности паразитирующих классов[447].
Джордж Бернард Шоу (без сомнения, из-за его выступлений против Первой мировой войны) приобрел репутацию откровенного индивидуалиста и вольнодумца, с недоверием относящегося к государственной власти и ее злоупотреблениям. Это совершенно не соответствовало реальности. Шоу был не только ярым социалистом, но и истовым приверженцем евгеники как неотъемлемой части социалистического проекта. «Единственным основополагающим и возможным социализмом может быть только социализация селекции человека», — заявлял он. Шоу выступал за отмену традиционного брака в пользу более приемлемого с точки зрения евгеники многоженства под эгидой Государственного департамента эволюции и новой «евгенической религии». В частности, он высказывал сожаление по поводу хаотичности попустительского подхода к выбору партнера, в соответствии с которым люди «выбирают своих жен и мужей менее тщательно, чем кассиров и поваров». Кроме того, объяснял он, умная женщина предпочтет 10 процентов участия мужчины с хорошим генетическим фондом, а не 100 процентов участия мужчины с неподходящей родословной. Поэтому требовался «человеческий племенной завод», призванный «выбраковать мужланов, голоса которых на выборах приведут к крушению государства». По словам Шоу, государство должно быть твердым в своей политике по отношению к уголовным элементам и людям с неблагоприятным генетическим грузом. «С многочисленными извинениями и выражениями сочувствия, а также великодушно исполняя их последние желания, — писал он с омерзительным ликованием, — мы должны поместить их в камеру смерти и избавиться от них»[448].
Другие герои-либералы разделяли энтузиазм Щоу. Джон Мейнард Кейнс, основатель либеральной экономики, служил в составе совета директоров Британского евгенического общества в 1945 году, в то время, когда популярность евгеники стремительно падала из-за появления фактов, разоблачающих нацистские эксперименты в концлагерях. Тем не менее Кейнс назвал евгенику «самой важной, значительной и... подлинной отраслью социологии из всех существующих». Джулиан Хаксли, основатель Всемирного фонда дикой природы, первый директор ЮНЕСКО и почитаемый популяризатор науки, написал в соавторстве с Уэллсом и его сыном книгу «Наука жизни» (The Science of Life). Хаксли тоже был искренним сторонником евгеники. Хейвлок Эллис, ведущий теоретик секса и один из основоположников движения за регулирование рождаемости, выражая мнение многих, предлагал создать евгенический реестр всех граждан, который стал бы «справочником, содержащим информацию о лицах, которые максимально подходят или, наоборот, совершенно непригодны для дальнейшего развития расы». Эллис не возражал против нацистской программы стерилизации, полагая, что серьезную науку «не следует смешивать с нордическими и антисемитскими аспектами нацистской программы». Д. Б. С. Холдейн, британский генетик, писал в газете Daily Worker. «Догма человеческого равенства не является частью коммунизма... формула коммунизма “от каждого по способностям, каждому по потребностям” была бы бессмысленной при равных способностях»[449].
