Вот истинная история крупного бизнеса от железных дорог XIX века и мясоконсервной промышленности во времена правления Тедди Рузвельта до возмутительного современного картеля «большого табака»: предположительно правые корпорации тесно сотрудничают с прогрессивными политиками и чиновниками из обеих партий, чтобы вытеснить предприятия малого бизнеса, ограничить конкуренцию, обеспечить себе значительную долю рынка и выгодные цены и в целом выступают в роли «правительства по доверенности». Многие из «боевых интеллектуалов» в команде Кеннеди были бизнесменами, которые считали, что страной должны управлять надпартийные эксперты, которые могут поставить на службу правительству возможности деловых кругов путем размывания границы между бизнесом и государственной властью. Крупный бизнес сплотился вокруг Линдона Джонсона, а не вокруг реального приверженца свободного предпринимательства Барри Голдуотера. Сторонники свободного рынка часто осуждают Ричарда Никсона за политику государственного регулирования цен и заработной платы, при этом мало кто помнит, что представители крупного бизнеса приветствовали эти меры. На следующий день после того, как Никсон обнародовал свою корпоративистскую программу, президент Национальной ассоциации промышленников заявил: «Смелый шаг, предпринятый президентом для укрепления американской экономики, заслуживает поддержки и сотрудничества всех групп»[551]. Усилия Джимми Картера по борьбе с энергетическим кризисом привели к созданию Министерства энергетики США, которое стало (и остается) копилкой для корпоративных кругов. Компания Archer Daniels Midland сумела извлечь миллиарды из экологической мечты о «зеленых» альтернативных видах топлива наподобие этанола.
Более того, теперь все мы являемся последователями Кроули. Кроули пояснял: «Если вы не собираетесь экспроприировать частные предприятия, но вместо этого желаете использовать бизнес для реализации вашей социальной программы, то вы должны стремиться сделать эти предприятия как можно более крупными». Что легче: впрячь в повозку пять тысяч кошек или пару огромных быков? Высказывания Альберта Гора о необходимости «приручения большой нефти» кажутся вполне уместными. Он не хочет национализировать «большую нефть»; он хочет заставить ее действовать в интересах его политической программы. По аналогии предложенные Хиллари Клинтон реформы в сфере здравоохранения, а также большинство предложений, выдвинутых ведущими демократами (и многими республиканцами), предполагают слияние большого правительства и крупного бизнеса. Экономические идеи, высказанные в книге Хиллари Клинтон «Нужна целая деревня» (It Takes a Village), проникнуты духом корпоративизма. «Некоторые из наших самых мощных телекоммуникационных и компьютерных компаний объединили свои усилия с правительством для реализации проекта, который предполагает подключение каждой учебной аудитории в Америке к сети Интернет, — с чувством заявляет она. — Социально ориентированные корпоративные философские системы — это путь к будущему процветанию и социальной стабильности»[552]. Чтобы понять, что либералы подразумевают под «социально ориентированными корпоративными философскими системами», Розеттский камень не потребуется.
Предком всех таких «философских систем», конечно же, является промышленная политика, призрак корпоративизма, воплотившийся в современном либерализме. В 1960 году президент Кеннеди призывал к «новому партнерству» с корпоративной Америкой. В 1970-х годах Джимми Картер агитировал за «реиндустриализацию» в рамках нового «общественного договора» в целях преодоления «кризиса конкурентоспособности». Молодой помощник в администрации Картера по имени Роберт Райх начал свою карьеру в качестве генератора политических неологизмов, создав такие яркие выражения, как «стимуляторы целевой аудитории» и «индикативное планирование». Позднее «атари-демократы»[553] в очередной раз заявили, что «будущее» заключается в «стратегическом партнерстве» между государственным и частным секторами.
В 1980-е годы зависть к корпоративной Японии достигла невероятных размеров. Интеллектуальные потомки тех, кто боготворил Пруссию Бисмарка и министерство корпораций Муссолини, теперь очарованы министерством международной торговли и промышленности Японии, которое вскоре стало путеводной звездой просвещенной экономической политики. Джеймс Фэллоус возглавил список звезд либеральной интеллигенции, таких, как Клайд Престовиц, Пэт Чот, Роберт Каттнер, Ира Магазинер, Роберт Райх и Лестер Тэроу, объединившихся в поисках Святого Грааля «сотрудничества» между правительством и деловыми кругами.
