Райх был одним из пионеров движения «третьего пути». Более того, Микки Каус пишет, что риторика «третьего пути» является «самой раздражающей привычкой» Райха и его «характерным способом ведения спора»[554]. В 1983 году Райх написал книгу «Следующий американский рубеж» (The Next American Frontier), в которой он отстаивал «крайнюю разновидность корпоративизма» (по словами Кауса), где в обмен на «помощь в реструктуризации» со стороны правительства представители деловых кругов «соглашались не увольнять нанятых ранее работников». Рабочие становились де-факто гражданами своих компаний в системе отношений, которая очень напоминала «Генеральные предписания» Круппа. В жутком отголоске итальянской фашистской корпоративистской мысли корпорации должны были «в значительной степени заменить географические органы власти в качестве каналов государственной поддержки экономического и культурного развития». Все социальные услуги — здравоохранение, дневной уход, образование и т. д. — должны были предоставляться работодателем. Все это было не только хорошо, но и неизбежно, потому что «коммерческие предприятия, по словам Райха, быстро становятся центральными посредническими структурами в американском обществе, заменяя географические сообщества как источник социальных услуг и, по сути, средоточие общественной жизни»[555].
При этом почему-то оказывается, что в усилении власти корпораций над нашей жизнью заинтересованы не кто иные, как представители правых сил в экономике.
В 1984 году бывший стратег республиканцев Кевин Филлипс написал книгу «Сохраняя первенство: экономическое обоснование национальной промышленной стратегии» (Staying on Top: The Business Case for a National Industrial Strategy). «Бизнесменам, — предупреждал Филлипс, — следует отказаться от старых концепций невмешательства... Соединенным Штатам пора начинать планировать свое экономическое будущее», основываясь на новой концепции «третьего пути»[556]. Забавно, но Филлипс также утверждал, что С. П. Буш, прадед Джорджа У. Буша, был военным спекулянтом, потому что служил в Военно-промышленном управлении Вудро Вильсона, а оно является образом той системы, которую отстаивает Филлипс.
В 1992 году и Билл Клинтон, и Росс Перо воспользовались господствующим в обществе стремлением к «новому альянсу» между государством и бизнесом (в 1991 году 61 процент американцев высказались в поддержку отношений такого рода). «Без национальной экономической стратегии эта страна оказалась в свободном плавании — заявил кандидат Клинтон в типичной для него речи. — А в это время наши конкуренты объединились в стремлении решить национальные задачи по сохранению, стимулированию и увеличению числа высокооплачиваемых рабочих мест, обеспечивающих быстрый профессиональный рост». Стремлению Клинтона «инвестировать» сотни миллиардов долларов в реализацию его стратегического плана поддержки промышленности в конечном счете помешали Конгресс и дефицит федерального бюджета. Но его администрация на самом деле прикладывала много усилий для оказания помощи некоторым отраслям промышленности. Однако они не принесли ощутимых результатов, если не считать «открытия» Альбертом Гором сети Интернет. Предложенный Хиллари Клинтон злосчастный план реформирования здравоохранения ставил своей целью перемещение предприятий, оказывающих медицинские услуги, во Всемирную паутину. Там невозможно определить, где начинается правительство и заканчивается частный сектор. Малым предприятиям, подобным бедным работникам химчисток и разносчикам газет времен «Нового курса», просто пришлось пожертвовать своими интересами во благо других. В ответ на замечание о том, что ее план окажется разорительным для малого бизнеса, Клинтон заявила: «Я не могу сохранить каждое предприятие с недостаточным капиталом в Америке»[557].
Демократические и большинство республиканских планов реформирования здравоохранения не предполагают экспроприации частной собственности врачей и фармацевтических компаний или даже прекращения медицинского обслуживания за счет работодателя. Скорее, они хотят использовать корпорации в качестве правительства по доверенности. Либеральные экономисты не без причины в шутку называют General Motors поставщиком медицинских услуг, который в качестве побочного продукта выпускает автомобили.
