Ингрид Ньюкирк, глава организации «Люди за этичное обращение с животными» заявила: «Когда речь идет о чувствах, то крыса ничем не отличается от свиньи, собаки или мальчика. Нет никаких рациональных оснований, позволяющих утверждать о наличии у человека особых прав»[679]. Сложно представить себе более фашистское высказывание. Это обусловлено, во-первых, акцентом на «чувствах», которые вместо способности к мышлению или разумности преподносятся как определяющая характеристика живых существ, а во-вторых, предположением, согласно которому высшие «чувства» — те, что связаны с совестью, — настолько незначимы, что ими можно пренебречь. Когда Ньюкирк говорит об отсутствии «рационального» обоснования для разграничения паразитов и людей, она имеет в виду, что между ними нет никаких реальных различий, поэтому члены этой организации не чувствовали угрызений совести при сравнении убоя свиней с убийством евреев в их печально известной кампании «Холокост на вашей тарелке».
В настоящее время мы часто шутим о «фашистах от здравоохранения». Правительство — отчасти вследствие роста расходов на здравоохранение — уделяет все больше внимания нашему здоровью. Детским шоу на государственных телевизионных каналах поручено пропагандировать здоровый образ жизни, в результате чего песенка Бисквитного монстра «“П” значит Печенье» (С for Cookie) стала более скромной: «Печенье можно кушать иногда» (Cookies Are а Sometimes Food). Конечно, в этом нет ничего нового. Герберт Гувер, глава Продовольственного управления при Вудро Вильсоне, заставлял детей брать На себя обязательство перед государством не перекусывать между основными приемами пищи. При этом мы отказываемся понимать, что гражданин, которого государство всеми способами принуждает бросить курить, имеет такое же право жаловаться на фашизм, как автор, книгу которого запретили. Как Роберт Проктор первым подробно изложил в своей авторитетной работе «Война нацистов против рака» (The Nazi War on Cancer), одержимость личным и общественным здоровьем лежала в основе нацистского мировоззрения. По словам Проктора, нацисты были убеждены, что «агрессивные меры в области общественного здравоохранения положат начало новой эпохи здоровых, счастливых немцев, объединенных расой и общностью взглядов, очистившихся от чужеродных токсинов, освобожденных от чумы предыдущей эпохи — рака как в прямом, так и в переносном смысле». Гитлер ненавидел сигареты, полагая, что они являются «гневом краснокожих против белых людей, местью за го, что им дали крепкие спиртные напитки».
Нацисты использовали лозунг «один за всех, все за одного» (Gemeinnutz geht vor Eigennutz) для оправдания охраны здоровья каждого человека ради блага всего политического организма. Это же обоснование в ходу сегодня. Один из поборников общественного здоровья писал в New England Journal of Medicine: «Как учреждения, занимающиеся оказанием медицинских услуг, так и само государство глубоко заинтересованы в определенных формах поведения, ранее считавшихся личным делом каждого человека, если такое поведение вредит здоровью. Некоторые неудачи в области самопомощи стали в определенном смысле преступлениями против общества, потому что общество вынуждено платить за их последствия... В самом деле мы уже говорили, что люди обязаны на благо общества перестать вести себя плохо»[680].
