Как мы видим, в языке эмиграции это слово использовалось в политикофилософских контекстах и входило в ряд таких понятий, как свобода, парламентаризм, права личности. Приведем еще один характерный пример:

Пусть избирательное право, основанное на цензовом начале и многостепенных выборах, было несовершенным. Пусть в русской конституции не было парламентаризма западно-европейского типа – обстоятельство ныне, когда этот парламентаризм повсеместно переживает кризис, в достаточной мере спорное. Пусть права Государственной Думы были ограничены, в особенности бюджетные. Но, со всем тем, этим актом заложено было прочное начало правового порядка, политической и гражданской свободы и открыты пути для легальной борьбы за дальнейшее утверждение подлинного народоправства. [А.И. Деникин. Путь русского офицера (1944–1947)]

В современном языке слово народоправство если и используется, то разве что шутливо или в целях стилизации.

Интересно, что слово народоправство могло обозначать само государство с демократической формой правления, в частности, оно стандартно использовалось по отношению к древнему Новгороду:

Однако и он про «северные народоправства» вспомнил, как увидел, что пошехонец изо всех улиц так валом и валит к каланче. И чем смирнее вели себя пошехонцы, чем глубже они отрезвлялись, стоя вокруг каланчи, тем сильнее зрело в нем убеждение, что в этом-то именно «народоправства» и состоят. [М. Е. Салтыков-Щедрин. Фантастическое отрезвление (1884)]

Дней через десять я сидел поздно вечером с Варварой, рассказывая ей о древних русских народоправствах во Пскове и Новгороде, вдруг – топот на дворе, в сенях, и входит Досекин с Авдеем. [Максим Горький. Лето (1909)]

Само по себе вече ничуть не более князя обеспечивало свободу личности. На своих мятежных сходках оно подчас своевольно и капризно расправлялось и с жизнью, и с собственностью сограждан. Но само разделение властей, идущее в Новгороде далее, чем где-либо, между князем, «господой», вечем и «владыкой» давало здесь больше возможностей личной свободы. Оттого такой вольной рисуется нам, сквозь дымку столетий, жизнь в древнем русском народоправстве. [Г. П. Федотов. Россия и свобода (1945)]

Разложение вечевого устройства, уничтожение удельных княжений, разгром северных народоправств Новгорода и Пскова, все это привело, к уничтожению местных общественно-политических центров и к образованию в России единой царской власти. [архиепископ Серафим (Соболев). Об истинном монархическом миросозерцании (1941)]

В этом значении слово народоправство совершенно вышло из употребления.

<p><emphasis>Народовластие</emphasis></p>

По-другому сложилась судьба слова народовластие. Оно всегда тяготело к контекстам, где обсуждается общий принцип, сама идея власти народа:

Перейти на страницу:

Похожие книги