Я искренне рада за нее. Последние пару лет она только и болтала, что собирается туда поступать. Ну, конечно, между разговорами о парнях и том, куда пойти отдохнуть вечером. Особенно, после того как ей стукнуло восемнадцать в январе, и двери всех ночных баров города оказались для нее открыты.
Я же была даже рада, что у меня была отличная отмазка в виде возраста. Потому что никто бы меня не отпустил, да и не на что мне было гулять.
— Все теперь, столичная студентка? — я подмигиваю Ирке и обнимаю.
— Да! А это значит что?
Она загадочно на меня смотрит, ожидая, что я прочитаю ее мысли. Но я пожимаю плечами и развожу руками:
— Понятия не имею!
— Это надо отметить! — она вытягивает свои длиннющие ноги в босоножках на танкетке и откидывается назад, опираясь на руки и тряся своей копной каштановых волос. — И ты идешь со мной!
Моя улыбка меркнет. Отмечать мне сейчас точно не по карману, да и не по настроению. И Мажору я сказала, что по вечеринкам не хожу. Почему-то этот довод кажется особо веским.
— Ир, я, наверное, пас… — начинаю я, но подруга хватает меня за руку.
— Даже не думай! — ее глаза горят, а, значит, ее фиг переубедишь. — Меня пригласили на такую вечеринку, которую не пропускают!
— Ну так… Ты иди, — я отвожу глаза. — Я не могу. Мне надеть нечего.
Причем в прямом смысле этого слова. У меня только та одежда, что на мне. Абсурдно в ней идти на вечеринку. Особенно если такие не пропускают.
— Это фигня! — она тут же вскакивает и тащит меня за собой. — У нас почти одинаковый размер. В груди, может, тебе чуть великовато будет, но пушап спасет ситуацию. Вот увидишь.
— Ира! — я останавливаюсь и высвобождаю руку. — У меня проблемы. Серьезные. Мне правда не до вечеринок.
Она прищуривается и оценивающе осматривает меня:
— Руки-ноги на месте, голова вроде тоже. А главное, грудь и попа на месте, — делает свое умозаключение она. — Значит, проблемы не настолько глобальны, чтобы не быть в состоянии повеселиться. А с настроением что-то сделаем. Идем, расскажешь мне о своих напастях.
Часа два мы сидим в розовой Иркиной комнате, набитой всякими грамотами за успехи в учебе и мягкими игрушками от парней. Все это время мы тратим на то, чтобы приготовиться к вечеринке. Точнее, Ирка надевает платье, расчесывает волнистую гриву и… все! Она готова.
Остальное время подруга тратит на меня. Пока она крутится рядом, я рассказываю о том, что ушла из дома, не вникая в причины этого поступка, рассказываю о новой работе и жилье, о Мишке и его солистке и очень кратко упоминаю мажора. А вот Ирка из всего моего потока новостей выцепляет именно его.
— Так, погоди, — она перестает мучить мои волосы и, прищурившись, смотрит на меня. — И ты хочешь сказать, что ты отказала ему?
Я аж поперхнулась. На что она намекает?
— Конечно, Ир, — говорю я. — Он же мне предлагал деньги за… Ну ты поняла.
Чувствую, как к щекам приливает кровь, и прикладываю к ним ладони. Блин, почему я каждый раз так смущаюсь разговоров на эту тему?
— Пф! И что? — Ирка пожала плечами и вернулась к своей экзекуции. — Могла немного его подинамить, вытянуть побольше… Поломалась бы. Так, стоп! Ника?.. Блин, ты что все еще девственница?
Я закусываю губу и киваю. Я всегда съезжала с этой темы в разговорах с ней. Когда она рассказывала о своих парнях, то могла часами обсуждать их достоинства. И явно не морально-этические.
Мы с Мишкой уже давно встречались, и Ирка несколько раз пыталась выведать “какой у него”. Вот, вчера я увидела, какой.
При мысли об обстоятельствах, при которых я увидела, более-менее выправившееся настроение снова съезжает вниз. Козел.
— Ты серьезно, Ника? — снова переспрашивает Ирка. Как будто с первого раза было непонятно. — Ну ты блин даешь. А Мишаня-то… бедный.
Меня злит то, как она это произносит.
— Да уж. Самый что ни на есть бедненький и несчастный, — огрызаюсь я.
Ирка понимает, что сморозила что-то не то и замолкает, поджав губы. Ну хоть бы извинилась.
— Это не для меня, Ир, — бухчу тихо я. — Я не пойду на такое.
— Ну и зря, — она поднимает меня и начинает по очереди прикладывать ко мне свои платья. — В твоем положении от такого подарка судьбы не отказываются. Впрочем, ты всегда была немного глуповата в таких вопросах.
Становится обидно, но я откидываю это чувство, убеждая себя, что подруга просто хочет для меня как лучше.
— Вот это, — она протягивает мне легкий голубой сарафанчик с закрытым декольте, и небольшим вырезом на талии на спине. — Он подчеркивает отлично твою потрясную талию и просто нереальный цвет глаз. Короче, найдешь сегодня себе там парня и сразу забудешь о своем несчастном Мишане. Нафиг он тебе сдался. С твоей внешностью надо ловить рыбу крупнее.
Ира разворачивает меня к зеркалу, и у меня сбивается дыхание. Я вижу вроде себя, а вроде и нет. Сарафан действительно хорошо сел, и с ним глаза будто ярче сверкают. Волосы подруга заплела мне в толстую пшеничную косу, которая дополняет очень милый, невинный образ.
