Я подошел к Кате, взял очки и переложил их на тумбочку, затем опустился на колени возле дивана. Я наблюдал за тем, как Катя спит, как спокойно дышит, чуть приоткрыв пухлые губки, как прядки её темных волос стелятся по её щекам и спине. Едва ощутимо провел пальцем по её скуле, и она чуть сморщила носик, вздохнула и продолжила спать.
Не буду мешать. Она и так устала. Должно быть, волновалась. Я направился в ванную, и с огромным удовольствием насладился расслабляющим горячим душем. Уже после тихонько прошел в спальню и лег в постель, жалея только о том, что Катя сейчас спит в другой комнате, а не рядом со мной. Мне бы так хотелось её обнять…
Катя стояла у плиты и размешивала сахар в кофе. Она была в моей рубашке. Той самой белой рубашке, которую я дал ей вместо халата. Рубашка была велика, но едва прикрывала бедра. Ворот был расстегнут и распахнут почти до самой груди. Но это было не специально, просто, видимо, торопилась и не придала этому никакого значения. Иссиня-черные волосы были собраны в небрежный хвост, очки в черной оправе съехали на переносицу. Я сошел с ума в один миг. В очередной раз…
Я заметил, что на маленькой тарелке возле раковины, лежал кусок торта со взбитыми сливками, когда Катя повернулась ко мне и улыбнулась.
- С добрым утром! - весело поздоровалась она.
Взбитые сливки на щеке и ещё чуть-чуть – у самого уголка губ. Она даже не представляет, как притягательно выглядит.
- С добрым, - шепнул я, улыбаясь и подходя к ней вплотную со спины.
Она обернулась, уперев ладони в столешницу кухни. Щеки её зарозовели, в голубых глазах заиграли искорки.
Я подхватил её за подбородок, наклонился и поцеловал. Она вся задрожала. Прямо вот так, в моих руках, словно бы перышко. Её губы были такими мягкими, сладкими от торта. И я почувствовал, что сейчас взорвусь. Подхватив её за бедра, я приподнял и усадил на столешницу.
Теперь, чуть прикусив губу, она смотрела на меня чуть-чуть сверху.
- А когда-то мы договаривались про один несуществующий раз.. О котором никто и никогда не узнает, Маковецкий... Он же, вроде, уже был…
Она улыбалась.
- А теперь давай договоримся, что всех этих «раз» будет просто бесконечное число, - прошептал я, впиваясь в неё коротким поцелуем.
- Что же ты делаешь, Маковецкий? – впуская пальцы в мои волосы, шептала она, прижимаясь своим лбом к моему. - Что же ты со мной делаешь?...
Я провел губами по её шее. Прикрыв глаза, она всхлипнула, затем обхватила меня ногами, и я аккуратно стащил её на пол кухни. Её стон потонул в моем поцелуе...
Мы куда-то летели, куда-то так далеко, так нежно, так страстно...
И я понимал, что больше никого на свете, кроме нее, для меня теперь не существовало...
Я лежала на животе на ворсистом ковре, качая ногами и с усердием делая из своего конспекта короткие выдержки в блокноте. Это был конспект лекции, которую вчера вечером прочитал мне Маковецкий. А что, удобно – жить у аспиранта, который помогает готовиться к итоговым экзаменам и завершать дипломную работу. Не буду упоминать, чем после этой лекции занимались, но в любом случае, к диплому это никакого отношения не имеет.
Прошла уже неделя с тех пор, как мы прилетели из Куршевеля. Домой я заезжала лишь один разок – полить цветы и забрать кое-что из своих вещей. Родители написали, что Сережка полным ходом идёт на поправку, и скорее всего уже через неделю они вернутся.
Вот и замечательно! Как раз завтра состоится благотворительный бал одного из новых партнеров Олега, и, естественно, мы должны там присутствовать. Я уже даже придумала, что надену. Раз уж бал… Но бал – это последняя точка. После этого я буду полностью занята подготовкой к выпускным экзаменам и диплому. Маковецкий, конечно, проконтролирует подготовку со своей стороны, но закончить университет мне надо было безо всяких лишних помех. Уже через две недели я должна буду встретиться с рецензентом, а потом поеду со всеми моими кипами бумаг к научному руководителю. Он, конечно, во мне уверен на все сто, но что-то уже не хочется всё это дело отодвигать на последний момент.
Я прикусила кончик шариковой ручки и задумчиво посмотрела на диван в гостиной Олега. Вообще-то после окончания бакалавриата, я собиралась поступать в магистратуру. Но Олег предложил мне годик поработать у него, а потом продолжить учебу. Сейчас эта мысль казалась мне заманчивой – а почему бы и нет? Тем более, если на первые полгода мы уедем в Испанию – все проекты будут начинаться там, это будет хорошей практикой для меня.
- Кать. – Олег зашел в комнату и, приподняв бровь, уставился на меня с улыбкой. – О чём это ты мечтаешь с таким заманчивым видом?
«Господи, ну как хорош», - в очередной раз подумала я, и почувствовала, как мои щеки розовеют.
- О тебе, конечно. - Маковецкий усмехнулся. – Нам уже пора, да?
Олег кивнул.
- Да, надо собираться. Заброшу тебя домой, и поеду забирать маму.
Я вложила ручку в блокнот, уселась на колени и прижала блокнот к груди.
- Завтра вечером я должен буду встретить партнера, и с ним поехать в ресторан. Доберешься сама?
