Феликс Леон и сам не знал, чего он от нее ждал, потому что не мог понять, что именно сейчас происходит. Когда испытание проходит тот, у кого есть хоть малая толика способностей к магии, то раствор в пиале начинает темнеть и бурлить, после чего в воздухе проявляется один из знаков факультета и соответствующей специализации. Все дело в том, что кандидатов принимали в Академию даже с каплей магического таланта, потому что на самом деле магов было не много и даже слабеньких после получения диплома отрывали с руками и ногами.
Совсем другое дело обстояло с теми, у кого не было предрасположенности к наукам тонкого искусства, но абитуриент был талантлив в какой-то иной сфере, причем в будущем он должен был стать не простым исполнителем, а именно мастером. Раствор в пиале цвет не менял, он оставался спокойным, но вот соответствующий знак, куда нужно было отправить кандидата, проявлялся в самой жидкости.
Ничего не происходило только тогда, когда кандидат был совершенно заурядным, таких чаще всего отправляли обратно домой, но если это был человек, причем имевший финансовые возможности, ему могли дать направление в одно из учебных заведений, которые содержали сами люди. В Академии Талантов учились только дети знатных родителей, даже бедных, но наличие благородной крови имело огромное значение. Ректор считал, только те, у кого есть голубая кровь и белая кость, могут нести в себе чистейшее мастерство и нельзя его смешивать с простыми смертными. Хотя при этом был из простых, но старался умалчивать об этом, надеясь когда-нибудь все же попасть в касту избранных и примерить дворянский титул.
Но вот что происходит прямо сейчас, он не понимал, потому что раствор поменял цвет и бурлил, но знак принадлежности никак не желал проявляться. У Феликса сложилось впечатление, что пиала раздумывает, куда именно отправить девушку и никак не может решиться. Он задумчиво протянул:
— Леди Сандра, попробуйте пожертвовать еще немного крови, мне кажется, наша Пиала просто не разобралась в ситуации.
Сашке не то, что не хотелось без конца тыкать в себя иголкой, она просто не видела в этом никакой пользы. Раз уж у Магистра первой степени с первого раза не получилось что-то там увидеть, то она хоть пол литра крови добровольно ему передаст — ничего не выйдет.
— Леди Сандра? — ректор уже не спрашивал, он требовал.
В черный раствор беспрекословно упало еще три капли, и вода вдруг перестала бурлить, став спокойной и зеркально гладкой. Феликс нахмурился, покатый чистый лоб испещрили глубокие продольные морщины, состарив мужчину лет на двадцать:
— Ничего не понимаю.
Определяющего знака так и появилось, ректор попытался нагнуться к артефакту, чтобы вглядеться в черное содержимое пиалы, но не успел: раздался негромкий хлопок, она взорвалась сама по себе без видимых на то причин. На Александру и вовремя отшатнувшего Феликса полетели черные капли, оставляющие после себя красящие следы. Девушка подхватилась, и хотела было отшатнуться от опасного места, но увидела, как в основании развороченной пиалы поблескивает знакомая монета: такие же сейчас лежат у нее в мешочке. Завороженно глядя на нее, она не чувствуя своих загребущих рук, потянулась прямо за золотом. Феликс успел раньше, удивленно бормоча:
— Первый раз у нас проявился материальный знак.
Глядя на вожделенную монету в чужих руках, у Александры начало портиться настроение:
— Может, проясните, наконец, каких знаков вы все ждали?
Вместо ответа Феликс Леон достал из стола большой талмуд, послюнявил пальцы и начал быстро-быстро листать страницы. А когда, наконец, нашел, торжествующе ткнул прямо в отпечатанное на еще старых станках нечеткое изображение золотой монеты и пояснил:
— Золотая монета издревле считается у нас знаком алхимика, о, это очень узконаправленный профиль, закрытая специализация. Даже в этом году туда было набрано всего восемь студентов. Здесь есть только одно «но»…
— Господин ректор, не томите, пожалуйста.
— Для зачисления этот знак должен был просто проявиться в воздухе, над раствором, но никак не в таком виде. И я не могу понять, почему это произошло, как не знаю, что с вами делать.
Александра не то, что была рада, что сейчас у нее есть реальная возможность быть зачисленной в Академию Талантов, тем более заниматься ей предстояло отдаленно похожими темами. Но определенное облегчение она точно сейчас испытала.
— Я не вижу в этом ничего странного, все-таки было пролито несколько капель крови, вместо положенной одной, это знаете ли, уже концентрированная смесь.
Ректор счет такую гипотезу вполне возможной и решительно встал:
— Да, наверно, вы правы, тем более реакция была, а это главное. Леди Сандра, как вы, готовы влиться в наши стройные ряды?
К сожалению, ответить «нет» было нельзя, поэтому Сашка сдержанно кивнула:
— Не поверите, я только об этом и мечтала последние несколько дней.
