Личная жизнь адвоката полностью

– Я буду молчать, как могила. Но у твоей протеже крупными буквами на лбу написано, откуда она взялась, – заявил Валера. – Ясно как божий день, что ее никто не примет за нейрохирурга. Дружище, ты зря потратишь время и деньги. На нее уйдет ведро шампуня, и ей придется покупать все, от трусов и колготок до туфель и курток.

– Я потрачу, тем более мой будущий выигрыш компенсирует все мои траты. Я хочу твой «Ягуар».

– Ты белены объелся, что ли? – испугался Валерий. – На черта я буду отдавать тебе свою тачку?

– Значит, ты уверен, что проиграешь?

– Да не в этом дело! Я просто не хочу играть в такие игрушки.

– Значит, ты способен спорить только на пиво?

– Нет, но… Кстати, а что получу я, если твоя любовница опозорится при всех?

– Мой «БМВ».

– О, была нужда! Мой «Ягуар» новый, а твоему «БМВ» место на свалке.

– Пять лет – не срок для иномарки. Плюс стереосистема, которую предки мне преподнесли на день рождения.

На лбу Валерия проявились горизонтальные морщины.

– Ну, я не знаю… Слишком неконкретные условия. Отдать «Ягуар» только за то, что твоя рыжая девка придет с тобой в нашу тусовку и не будет оттуда с позором изгнана, – это слишком большая роскошь.

– Да, но она туда придет не как очередная подружка, а как моя невеста. Я представлю ее всем как нейрохирурга, кандидата наук. Скажу, что ее отец занимается инвестициями в промышленность, а мать… ну, скажем, юрист или аудитор.

– Твоя девка сморкается без носового платка, а ты… инвестиционный бизнес, аудит.

– Тогда что ты теряешь? Если легенда рухнет, ты получишь выигрыш. Согласись, у меня нелегкая задача. Сделать из плебейки светскую красавицу – это не плевое дело.

С этим Валерий был согласен. Он как-то видел приятеля вдвоем с этой Евой, когда они шли в ресторан. Зрелище стоило того, чтобы заснять его на камеру. Девчонка неуклюже ковыляла на высоких каблуках и со стороны производила впечатление подстреленной утки. С чувством меры у нее были проблемы. Слишком яркий макияж, чересчур много веснушек, неприлично короткое красное пальто, ужасные сапоги-ботфорты, а если добавить к этому ее привычку круто выражаться, невыдержанность и необузданный характер, то задача, которую взялся решить Артем, была не просто сложной. Она была неразрешимой. Но Валерий хотел уточнить все нюансы.

– Тогда мы ограничим срок пари. Месяца тебе будет достаточно?

«За месяц ее можно будет научить пользоваться ножом и вилкой», – ехидно подумал он. Идея высмеять приятеля, да еще получить за это приз, казалась ему все более привлекательной.

– Шутишь? Высшее образование получают пять лет.

– Ну, на пять лет не рассчитывай. Два месяца.

– Четыре.

– Три, и ни дня больше. На кону стоит «Ягуар».

– Годится, три.

Они стукнули по рукам.

– Послушай, а как мы определим победителя? – пришло вдруг в голову Артему. – Даже если я сделаю из Евы выпускницу института благородных девиц, ты все равно будешь твердить, что она вышла из школы рабочей молодежи? Кто станет арбитром?

Валерий на секунду задумался.

– А хоть бы и Воронцов? Чем не кандидатура? – коварно улыбнулся он.

Эдик Воронцов по прозвищу Граф очень гордился своей родословной. Он утверждал, что его корни идут к тем самым Воронцовым, которые успели наследить в российской истории. Возможно, это был обыкновенный треп, но со стороны он выглядел убедительно. Во-первых, отец Эдика – известный профессор – держал дома целую библиотеку старинных книг, доставшихся им в наследство от предков. Он же собственноручно составил генеалогическое древо, в ветвях которого запутались графы, политики и ученые. Во-вторых, самой бестолковой ветвью мощного семейного древа был сам Эдик, оболтус тридцати лет с незаконченным философским, историческим и юридическим образованием. Он брался то за одно, то за другое, во всем был талантлив. Но его мятущаяся душа не выносила постоянства, поэтому он побросал все и прочно осел в клубах и ресторанах. Но дворянские корни давали о себе знать, и Эдик вносил в развеселую жизнь тусовщиков нотку аристократизма. Он брался рассуждать обо всем на свете, поощрял или осуждал, словно граф, которого по недоразумению занесло в наш век. Он любил размышлять о том, что мир катится по наклонной плоскости вниз, что настоящих интеллигентов, к которым он, разумеется, причислял и себя, остались единицы. Вот такому «аристократу» Валерий предложил выступить экспертом.

– Если Воронцов одобрит твой брак – отдам тебе «Ягуар», – пообещал Валерий. – Только что ты будешь делать на следующий день после своей помолвки, приятель? Составлять список гостей на свадьбу?

– Шутишь? – удивился Артем. – Объявлю о разрыве. Жизнь – сложная штука. Ева поймет. К тому же ты знаешь, что все это игра.

Его сильно напрягло предложение избрать экспертом Эдика Воронцова, но отступать было некуда. Тем более что он сам заварил эту кашу.