— Не надо, я сам, — обречённо вздохнул он. — Мы понимали, что если начнётся расследование, то Филатова оправдают. И нам надо как-то от него избавиться. Распутин предложил заманить в анобласть, но не знал, как это сделать. Тогда я предложил своего знакомого менталиста.
— Юдашкина? — уточнил Демидов.
— Да, он… Так вот, я объяснил, что он должен сделать, и заплатил за эту услугу.
— Вам есть что-нибудь ещё рассказать по этому делу?
— Нет. Больше я ни в чём не участвовал, — быстро замотал он головой.
Демидов вопросительно взглянул на менталиста, и тот еле заметно кивнул, подтверждая его слова.
— Хорошо. Вы можете ехать домой. Но из города ни ногой, — строго предупредил Роман Дмитриевич.
— Спасибо! Больше спасибо! — он поднялся на ноги, повернулся к ширме, низко поклонился и вышел из комнаты допросов.
Тут в дверях появился один из служащих канцелярии и доложил, что прибыл Боткин, а Распутина везут из Торжка, поэтому он будет не скоро.
— Из Торжка? Что он там делал? — из-за ширмы вышел император.
— Напал на Филатовых, но наши люди подоспели вовремя и предотвратили убийства.
Государь шумно выдохнул и поджал губы. В последние дни всё перевернулось с ног на голову. Человек, которого он считал предателем, ни в чем не виноват. А людей, которых он приблизил к себе и одарил землями, титулами и властью, оказались настоящими предателями и преступниками. Ему было трудно признаться самому себе, что он так сильно ошибался. Поэтому каждый вновь открывшийся факт сильно бил по нему.
— Ваше Величество, вы хотите присутствовать при допросе Боткина? — спросил Демидов.
— Да. Прежде чем дело дойдёт до суда, я должен знать обо всём.
Он вновь прошёл за ширму, и в комнату допросов привели Боткина.
По его невозмутимому виду ничего не было понятно, но Демидов знал, что это ненадолго. Если за дело берётся менталист, преступнику не удастся уйти от возмездия.
— Расмус Артурович, вы знаете, по какому делу вас привезли сюда?
— Понятия не имею, — он опустился на стул и закинул ногу на ногу.
— У нас есть к вам несколько вопросов по поводу покушения на наследника и…
— Какие могут быть вопросы? — грубо прервал он главу тайной канцелярии. — Во всём виноват Филатов. Говорят, его нашли живым и здоровым. Пусть и отвечает. Лично я за прилюдную казнь! Пусть все видят, что происходит тем, кто покушается на жизнь членов императорского рода.
— Всё? Спектакль окончен? — с усмешкой поинтересовался Демидов. — Женя, давай сам. У меня нет желания слушать этого напыщенного болвана.
— Что вы себе позволяете? Да кто вы такой, чтобы говорить так обо мне? О вашем нелестном высказывании я доложу Его Величеству! — взъерепенился Боткин.
— Можешь не утруждаться, я сам всё слышал, — из-за ширмы вышел император. — И более того, я полностью с ним согласен.
— А… э-э-э, — лекарь ошарашенно уставился на государя и не сразу нашёл нужных слов. Однако уже через несколько секунд пришёл в себя, вскочил на ноги и низко поклонился. — Приветствую, Ваше Величество.
Однако тот не ответил на приветствие, а кивнул Демидову.
— Роман Дмитриевич, продолжай, а я постою рядом. Вдруг Расмусу Артуровичу вновь захочется мне что-то доложить.
Допрос Боткина занял совсем немного времени. Менталист Евгений нашёл в воспоминании лекаря нужную информацию и пересказал всё, что происходило. Как оказалось, Боткин знал значительно больше, чем Мичурин. А также именно он из своего сада принёс споры манагриба, которым заразили наследника.
Услышав об этом, император едва сдержался, чтобы собственноручно не прикончить его прямо здесь и сейчас.
Также менталист из памяти Боткина узнал, что наследника отравили до рейда в анобласть, чтобы болезнь развилась там, и ни у кого не возникло сомнений, что именно во время охоты он заразился.
В деле с Филатовым Боткин тоже был замешан. Он нашёл и нанял убийц, которые зашли в анобласть и должны были убить аптекаря, но они тогда не нашли его.
Боткина, в отличие от Мичурина, заключили под стражу, отправили в тюремное отделение тайной канцелярии, располагавшееся в подвале этого же здания.
— Ваше Величество, мне доложили, что Распутина уже привезли. Не хотите отдохнуть перед допросом? Может, чаю? — спросил Демидов.
Император выглядел уставшим и подавленным.
— Ничего не хочу. Веди сюда Распутина, — решительно кивнул он, затем снял ножны с мечом, отдал своему телохранителю и пояснил. — От греха подальше.
Демидов вышел в коридор и махнул магам, поддерживающим Распутина за руки.
— Ведите его сюда! Ох, что сейчас будет, — еле слышно добавил он и покачал головой.
На этот раз император не стал прятаться за ширму, а велел поставить его стул рядом со стулом Романа Дмитриевича.
Из коридора послышались вопли Распутина, пока его вели к комнате допросов.
— Я вас всех засужу! Вы у меня ещё поплатитесь! Я донесу на вас императору! Как вы будете перед ним оправдываться за то, что посмели так бесцеремонно схватить меня и притащить в… А где это мы? Что за халупа? Кто вы вообще такие⁈
Он попытался вырваться, но тут увидел государя. Тот сидел, сложив руки на груди, и грозно смотрел на него.
