— Теперь мы! — выкрикнул Харитонов и решительно направился к крыльцу, протискиваясь сквозь толпу. Максим Филатов не отставал, бросив на нас насмешливый взгляд.
— Что вы смогли раздобыть?
— Два шара. И мы знаем, что вы загадали! — нарочито громко произнёс Харитонов.
— И что же? — приподнял бровь Размыслов.
— Это соляная кислота! Первая строка: «В руках — опасна, в средстве — сильна». Кто-нибудь брал в руки соляную кислоту? Нет! Все знают, что это очень опасно, и можно получить серьёзные ожоги. Вторая строчка — «течёт, но не вода». Соляная кислота производится только в жидком виде. Это значит, что мы отгадали! — Харитонов так распалился, что даже захлопал себе в ладоши.
Толпа заволновалась. Кто-то поддержал его поздравительными выкриками, кто-то вяло поаплодировал, кто-то принялся переговариваться. Остальные же уставились на Размыслова, ожидая его ответа.
— Напомни-ка, как тебя зовут? — уточнил Федя.
— Илья Харитонов, а это Максим Филатов. Из того самого знаменитого рода Филатовых.
Максим кисло улыбнулся и мельком взглянул на меня. Видимо ожидал, что я начну опровергать это заявление, ведь всю его семью дед отлучил от рода, но я не стал вмешиваться.
— Очень жаль, что Илья Харитонов и Максим Филатов поленились найти третий шар, в котором и был ключ к разгадке. Мы загадали не соляную кислоту! — с явным удовольствием ухмыльнулся Размыслов.
Было ощущение, будто Илью облили холодной водой. Он весь как-то съёжился, поник и, опустив плечи, постарался скрыться в толпе подвыпивших студентов. Максим последовал за ним.
— У нас была ещё одна пара друзей. Где же вы⁈ — Федя приставил руку ко лбу и сделал вид, что ищет нас.
Сеня даже подпрыгнул, подняв руку.
— Здесь! Мы здесь!
Мы поднялись на крыльцо.
— Ого! Вы нашли все три подсказки! Ну так что мы загадали? — сказал Федя, когда Сеня отдал ему записки.
— Ртуть, — несмело ответил Сеня.
Похоже он начал сомневаться в том, что мы правильно определили вещество.
— Верно! Ртуть! Поздравляем… э-э-э… напомните, как вас зовут?
— Враньё! Это не может быть ртуть! — возмутился Харитонов, взбежал на крыльцо и встал рядом с нами. — По условиям задачи вещество «в руках — опасно»! А я десятки раз дотрагивался до ртути, но до сих пор жив и здоров!
— Именно поэтому вам нужно было найти три шара, а не один или два, — терпеливо пояснил Размыслов. — А ртуть, похоже, всё-таки на тебя повлияла, поэтому в следующий раз, когда разобьешь градусник, не собирай ртутные шарики голыми руками — отравишься.
— Это не честно! Подстава! Вы подыгрываете этим, — он ткнул в нас пальцем.
— Ты хочешь, чтобы мы убрали тебя и твоего дружка из испытаний и объявили вас проигравшими? — процедил сквозь зубы Федя.
Ему уже надоел этот крикливый возмутитель спокойствия. Всё-таки посвящение в студенты — это шуточное мероприятие, а не соревнования имперского масштаба.
— Нет, не хочу, — буркнул он и, даже не взглянув на меня, сбежал с крыльца.
— Продолжаем! — выкрикнул Размыслов и толпа его поддержала. — Пока лекари-первокурсники пытаются придумать лекарство от магической болезни, только что поступившие стихийники ищут спрятанный на стадионе клад, а менталисты стараются узнать один давний секрет у моего близкого соратника и друга Михея, аптекари переходят к следующему испытанию! На этот раз им нужно строго по рецепту создать средство и выпить его при нас. В случае, если они что-то перепутают или ошибутся, среди нас есть несколько лекарей-четверокурсников. Они помогут… надеюсь. Итак! Переходим к следующему этапу испытаний!
Под свист, крики и аплодисменты из дома вынесли три стола, и на каждый положили по деревянной коробке с двумя десятками бутыльков с ингредиентами. Такие коробки использовались в лаборатории на практических занятиях. Вряд ли коробки разрешили брать. Скорее всего Размыслов со своей братией просто умыкнули их.
— Вам нужно будет приготовить средство «Блистающей ясности»! По заверению одного уважаемого аптекаря, если вы всё сделаете правильно у вас усилятся умственные способности и реакция. Но если вы неправильно его приготовите — это приведёт к чрезмерной болтливости. Ваш язык будет жить собственную жизнь, и вы не сможете заткнуться, пока действие средства не закончится. Есть те, кто хочет отступить перед началом испытания?
Он внимательно посмотрел на нас с Сеней, затем перевёл взгляд на Харитонова с Максимом и обернулся к студенту, который уже переоделся в сухую одежду с чужого плеча — на нём всё болталось.
— Что именно мы будем говорить, если средство не получится? — осторожно уточнил он.
— Не знаю, — Федя развёл руками и расплылся в улыбке. — Лично я рассказывал неприличные анекдоты. А мой друг Мишка, без умолку трещал об училке, в которую был влюблен в одиннадцатом классе. Прикол был в том, что муж этой учительницы был нашим физруком и всё слышал. Ох и получал он потом на занятиях по физподготовке. Один раз еле дополз до своего дома, так его физрук замучил. Все согласны, или струхнули?
— Согласны! — выкрикнул Сеня.
Остальные промолчали, но никто не стал отказываться.
