Зато, мой сценарий вырисовывался очень ясно. Даже мне уже не интересно. Люся, Андрей Викторович… Сразу понятно, что дальше.
Я хожу по кругу. По одному и тому же месту. Только тупые люди постоянно повторяют одни и те же ошибки… Нет?
Да и, тем более, уезжать… Бежать отсюда мне совершенно не хотелось. Мне очень нравился этот город.
– Не выкидывай! – попросила Кати. – Отдай лучше мне.
– Забирай все.
Я собралась домой. Я не оставила даже свой карандаш.
– Ты сегодня так рано, – начал приставать ко мне Дима.
Блин… Похоже, он прав. Я умею отказывать только ему.
– Я устала очень сегодня. И очень хочу спать.
– Первый раз от тебя это слышу. Раньше тебя это не останавливало. Стареешь. – И он уснул.
А мне ещё долго серый утренний свет бил в глаза через приоткрытые жалюзи.
– Ты со мной только потому, что тебе некуда деться.
– Всмысле?! – Я посмотрела на Диму, как на дурачка.
– Если бы тебе не пришлось уехать, ты бы меня бросила.
– А ничего, что я замуж за тебя вышла?!
– Зачем?
Правда что, зачем? Я начала его рассматривать. Если у нас, когда-нибудь будет ребенок, я бы хотела, чтоб он был похож на него. Она была похожа. Я хочу девочку.
Почему? Потому, что каждое утро, начиная лет с трех, я благодарю небо, что я родилась девочкой.
Девочкам уступают. Я это поняла ещё в садике: я подралась с Игорем в песочнице из-за игрушечного Камаза, и воспитательница сказала: «Игорь! Маша же девочка! Отдай ей!» И он отдал! Мы потом с этим Игорем целовались в шкафчике. «По-взрослому, с языком». И он всегда ставил свой стул рядом с моим. Девочек нельзя бить. И вообще, девочке достаточно просто быть девочкой, и ей всё простят, всё отдадут и всё подарят, как это было в школе. Я даже никогда не носила учебники. Их носил сосед по парте, Женя Белов.
Вообще, как клёво быть девочкой. Нам можно то, что можно мальчикам, а из-за того, что мы девочки, нам можно даже больше. И нам ничего за это не будет, потому что мы улыбаемся красиво.
Нам не нужно кормить семью и заниматься зарабатыванием денег. Нам можно заниматься любимым делом. Конечно, круто, когда деньги сами приходят, от них не отказываются, но нам не нужно их зарабатывать тяжелым непосильным трудом.
А мужчине нужно думать за двоих или за троих, или даже за четверых. А нам нет. Нам достаточно просто это понять. И всё будет круто.
– О чем ты думаешь, мать твою?!
– Я хочу от тебя дочку.
Надо было видёть, как Дима растерялся. Как кот, в которого неожиданно бросили фантик.
– Прямо сейчас, что ли?
– Да нееее! Давай попозже!
Я посчитала это желание загаданным.
Звук сообщения Вконтакте заставил разлепить глаза. Как же хорошо лежать на горячих камнях и слушать, как море бьёт волнами о берег и скребет камнями по дну. Это целая песня, которая уносит твою 1001 мысль, оставляя в голове только самое важное.
Ну, что ж, почитаем новости из Челябинска, которые исправно раз в неделю присылала мне Машуля.
«Артур уехал. Он был в бешенстве, что тебя нет. Весь «Рай» заставил танцевать, никто ему не понравился, никому денег не дал. Все на тебя злые, потому, что он хотел только тебя.
Антоша замутил с Тоней. Как она радовалась, что ты уехала. Сразу на нём повисла. Хах, но он с ней спит и ничего не дарит. Она тоже на тебя злая. Вчера с ним разговаривали, он по тебе скучает. Тоже хочет только тебя.
Тебя многие спрашивают. Узнают, что тебя нет, разворачиваются и уходят.
Похоже, в клубе ты оставила след. Тебя очень долго никто не переплюнет.
Ну, а в целом, всё по-старому. Юля себе качнула губы. Альбина сделала себе сиськи тройку в Ебурге. Скоро приедет, заценим. Я себе купила шпица. Девочку. Вот фото».
Вот так просто. И без меня жизнь в клубе продолжается. Скоро все даже забудут, что была такая Рита. Это не то место, где будут ценить и помнить вечно, а я настроила себе иллюзий, что клуб без меня рухнет, как я без него, но лишь только мой мир перевёрнут с ног на голову.
И мне кажется, пора навести порядок у себя в душе, голове и, самое главное, у себя в сердце.
– И так, что мне важнее: клуб или Дима?
– Конечно, Дима. Клуб без тебя живёт, дышит, и ему вообще параллельно, что тебя больше нет. Таких тупых куриц без тепла в сердце и без мозгов в голове тысячи. Тебя легко заменит другая девочка, у которой будет побольше грудь. Ведь красивых тел миллионы.
А для Димы ты такая одна. Надо ценить то, что у тебя есть до того, как ты это потеряешь.
Я лежала и задавала себе вопросы. А, что? Ты никогда не разговаривала сама с собой? По-моему, это нормально.
– Понравилось бы Диме то, что ты делаешь сейчас?
– Простил бы он тебе это?
– Не поступаешь ли ты вразрез со своей совестью?
– Нужно ли тебе это?
– Значит, что?
Значит, жгём мосты. Начинаем жизнь заново. И это не горе. Не потеря. Многие бы миллион отдали за такую возможность.
Самое важное – выбор сделан.
Словно бы в подтверждение моих слов, громко и жалобно каркнула чайка. Я на море, у меня есть Дима и «чистый лист бумаги», на котором я могу нарисовать всё, что угодно. Только мне решать, какого цвета будет карандаш, и куда будут падать тени.
