- Шерлок, - удерживает Джон его, - может быть, все же поговоришь с ним? Я так понимаю, другой семьи у тебя не осталось. Просто выслушай его.
- Ты моя семья, - упрямо возражает Шерлок, - только ты, - но слова Джона застревают в голове.
Он соглашается встретиться с Майкрофтом только через десять дней, передав приглашение через Джона. Джон благодарно целует Шерлока:
- Поверь, это нужно больше тебе, чем ему.
Он заваривает чай, достает шоколадное печенье и кексы, испеченные миссис Хадсон. Когда Майкрофт звонит в дверь, Джон подхватывает ветровку и смотрит на Шерлока долгим значительным взглядом:
- Обещай, что с тобой все будет в порядке, - просит он.
- Я справлюсь, - кивает Шерлок. – Мы поговорим, так или иначе.
Майкрофт садится в кресло Джона, ставит зонтик между ног, будто отгораживаясь им от брата, и долгим тяжелым взглядом изучает Шерлока. Шерлок сам отгораживается от Майкрофта скрипкой и не хочет начинать разговор, он просто не знает, КАК его начать.
- Джон ничего мне не говорил, - прерывает молчание Майкрофт, - я сам догадался по его реакции. Твой доктор не умеет врать и что-то скрывать. Ты думаешь, я выдал Мориарти тебя и то, что… - Майкрофт запинается, но с усилием продолжает: - ты столкнул отца, - Шерлок продолжает молчать, а Майкрофт, не дождавшись реакции брата, продолжает свой монолог. – Ты думаешь, я рассказал это Мориарти, чтобы увлечь тобой, но это не так. Да, я знал, но Мориарти ничего не говорил. Он слишком умен и обо всем догадался сам. С его наблюдательностью, способностью подмечать детали, - Майкрофт горько усмехается, - будто о тебе говорю. Он задавал правильные вопросы, а я молчал излишне эмоционально. Целиком моя вина – нельзя заигрывать с тигром. Прости, - Шерлок продолжает молчать, и Майкрофт вздыхает: - Да, я знал про отца. Мама написала мне письмо перед смертью, - дыхание Шерлока сбивается, и это единственное, чем он выдает свое волнение. – Она рассказала в том письме про отца, про себя, про Энни и Патрика, про ту их последнюю ссору на крыше, про то, как ты заступился за нее. Она просила заботиться о тебе и не позволять вспоминать. Она сказала в том письме, что ты все забыл, и пусть так будет всегда. Боже, я плакал, Шерлок, читая завещание, я поклялся, что выполню ее последнюю волю, - Майкрофт отводит взгляд в сторону, и Шерлоку впервые кажется, что брат становится обычным человеком, всего на долю секунды, вслед за которой возвращается прежний холодный невозмутимый Майкрофт. – Я отдал тебя в закрытую школу для мальчиков, и возможно, ты обижаешься, что я не навещал тебя, не забирал на каникулы, не звонил и сводил наше общение к минимуму. Тогда я боялся, что, увидев меня, ты тут же поймешь, о чем я молчу, слишком много мыслей ты тогда занимал в моей голове. Но я дал клятву матушке, ты не должен был ничего вспомнить. Кроме того, я не мог тогда заменить тебе семью, я учился, чтобы стать тем, кем стал. Возможно, это было эгоистично. Но я ни минуты не забывал о тебе. По сути, я делал это для нас с тобой. А потом, в университете, я прозевал тебя. Да, мне докладывали, что у тебя отношения с неким типом, и я порадовался за тебя, подумал, что ты, наконец-то стал нормальным. Когда ты сбежал оттуда, я понял, что ошибался. И еще понял, что нельзя заботиться на расстоянии. Я поклялся, что буду всегда рядом, буду лично присматривать за тобой, но опоздал опять. Ты сорвался после похорон Энни, и я думал, что потерял тебя. Это было трудное время, Шерлок, и как бы я ни вытаскивал тебя из притонов, по-настоящему ты сам себя вытащил. Моей заслуги в этом нет. Я плохой брат – плохо справляюсь со своей клятвой, данной нашей маме. Я не знаю, как быть, Шерлок. Чувствую, что снова теряю тебя, брат… - невозмутимый голос Майкрофта дает трещину, и он поспешно замолкает, вцепившись в зонт. Они молчат очень долго, прежде чем Майкрофт признается: - Я посадил Виктора Тревора, было за что, но я постарался, чтоб ему дали по максимуму. Себастьян также заплатил за всю боль, что причинил тебе, и лучше не спрашивай, что с ним стало, - и это шокирует Шерлока, одновременно примиряя с братом.
Шерлок продолжает молчать, обрабатывая полученную информацию. На душе уже не так тяжело и мутно, и он все же решается заговорить:
- Письмо… - он прочищает горло, - письмо мамы. Ты покажешь его?
- Его больше нет, - отвечает Майкрофт тихо, - мама просила сжечь - она не хотела, чтобы хоть кто-то и ты сам в первую очередь узнал о том, что было, - Шерлок кивает, опять замолкая. – Мне, наверное, пора, - Майкрофт поднимается, тяжело опираясь на зонт. – Я хотел еще кое-что сказать, - он смотрит на брата впервые на равных, - твой личный интерес оказался удачным. Поздравляю! Вы действительно пара.
Шерлок не провожает Майкрофта, размышляя над последними словами, а когда Джон возвращается, впервые со времен маниакального наблюдения встречает его очень эмоциональным исполнением партии скрипки любимой из четырех романтических пьес для скрипки и фортепиано Антонина Дворжака, блаженствуя в лучах обожания Джона.
