- Мне нравились мифы Древней Греции, у нас книга была такая с картинками, - не задумываясь, отвечает Шерлок.
- А какие мифы вам нравились? – спина Джона напрягается, будто он готовится услышать некое откровение. - Подвиги Геракла, наверное? – вопрос кажется заданным с подтекстом, которого Шерлок пока не понимает.
- Да, и про Геракла, и про Аргонавтов. Нравилось слушать, как Персей убивает Горгону Медузу. Еще похищение Европы и рождение Гермеса… - осторожничает Шерлок, пытаясь увидеть подводные камни.
- Классика, - бормочет Джон, опять что-то чиркая в своем блокноте.
- Что? Вы о чем? – вскидывается Шерлок, и тут до него доходит. - О, нет-нет-нет, даже не пытайтесь приписать мне жизненный сценарий на основании лишь того, что мне нравился миф о Европе, - протестует он. - Я тоже читал Эрика Берна, не навешивайте на меня ярлыков, Джон! Вы ведь к этому клоните?
- Шерлок, - мягко произносит Джон его имя, отчего где-то внизу живота разгорается теплый уголек довольства, - я клоню к тому, что все наши проблемы, и ваша виктимность в том числе, родом из детства, - он замолкает, облизывая губы, отчего сердце Шерлока начинает учащенно биться. - Вы по-прежнему не хотите попробовать гипноз? – прерывает затянувшуюся паузу Джон. - По крайней мере, мы могли бы попытаться…
- Вам не кажется, Джон, что не стоит будить демонов? – Шерлок не отрывает взгляда от тонких губ Джона, когда произносит это, явно вкладывая во фразу второй, потаенный смысл. - Если я забыл тот период, значит, так было надо, - тут же дает пояснения он, пока Джон не сделал правильных выводов.
Но Джон слишком поглощен обдумыванием какой-то мысли, чтобы обращать внимание на двусмысленности.
- Шерлок, болезнь не победить, если не понять ее причины, а купирование симптомов мало чем поможет, - в конце концов произносит он. - У вас действительно проблемы, и я не уверен, что нынешняя фобия с ними не связана. По крайней мере, подумайте над моим предложением.
Шерлок кусает губы, смотрит на Игоря, словно рассчитывает получить у него совет, но вуалехвост отворачивается к окну, и Шерлок также переводит взгляд на окна своей гостиной.
- Я подумаю, Джон, - обещает Шерлок, чтобы прекратить этот разговор. – А пока у меня складывается впечатление, что вы таким образом пытаетесь уклониться от своего обещания потрясти собственным грязным бельем. Я жажду услышать вашу историю, Джон, - он улыбается, и Джон, не удержавшись, улыбается в ответ, что-то с остервенением выводя в своем треклятом блокноте.
- Боюсь она вас разочарует, ничего в стиле Стивена Кинга или Вирджинии Вульф, - все же произносит он спустя некоторое время. – Ну хорошо, история Джона Ватсона, обыкновенная и неинтересная, - он усмехается. – Жил-был мальчик Джон…
