- Что? Нет! Тина, это… - сестра замялась, - скорее, увлечение. Удовлетворение желаний плоти. Не отвлекай меня, я веду к тому, что любить – не зазорно. Отец не прав, налагая на нас свои дурацкие правила. Нет ограничений, только чувства. Вот скажи, ты меня любишь?
Джон на всякий случай кивнул, и сестра воодушевилась. Схватив его за руку, она приложила его растопыренную пятерню к собственной груди, весьма скромной по сравнению с грудью Тины, и Джон, перепугавшись, попытался руку вырвать, но сестра держала крепко. В некоем фанатичном экстазе, она шептала, глядя на него:
- Ты любишь меня, я люблю тебя. И в этом нет ничего запретного… Хочешь, я обниму тебя, как Тину? – Джон испугано замотал головой, еще раз попробовав вырвать руку. – Не бойся, я знаю, ты хочешь…
Она все еще прижимала одной рукой его руку к своей груди, а другой скользнула под одеяло и накрыла пах Джона. Удивленно распахнув глаза, она выпустила его руку:
- Не хочешь… - прошептала пораженно.
На лице застыло обиженное непонимающее выражение. Она отодвинулась от него, села в кровати, откидывая одеяло, повернулась к нему худой спиной.
- Гарри, - позвал Джон тихо, но она проигнорировала, поднялась и также бесшумно, как пришла, исчезла из его комнаты, даже дверью не скрипнув.
Джон выдохнул с облегчением, размышляя, почему не возбудился. В его возрасте тело, переполненное гормонами, реагировало определенным образом даже на совокупляющихся собак, а тут полное упадничество. Впрочем, рефлексировать долго о странном поведении сестры и собственной реакции Джон не стал, молодой организм брал свое – хотелось спать после пережитого потрясения. Наутро впечатления от дневных и ночных откровений поблекли, а к вечеру и вовсе истлели. Сестра уехала погостить к подруге, а Джона местные приятели позвали на ночную рыбалку. Когда они встретились с сестрой в следующий раз, то просто сделали вид, что ничего не было. Однако прежняя близость и доверие ушли безвозвратно, что-то сломалось между ними. Они оба изменились, изменился мир. И лишь иногда Джон тосковал по тем временам, когда сестра была для него жизненным ориентиром.
Джон останавливается, задумчиво тянет в рот ручку:
- Ну что, в качестве первого сексуального опыта засчитывается? – интересуется он натянутым и преувеличенно бодрым голосом.
Шерлок косится в его сторону:
- Засчитывается. И я бы сказал, доктор, что у вас тоже проблемы, - Шерлок пытается шутить. - Кстати, рассказ очень в духе Вирджинии Вульф. Чувствую, эта дама вам близка…
- О, нет-нет, - смеется Джон. – Знаете, как русские делят всех читателей на тех, кто любит Толстого, и тех, кто любит Достоевского, так и нас, англичан можно разделить на тех, кто любит Вирджинию Вульф, и тех…
- Кто ее не любит, - заканчивает Шерлок. – Я далек от литературы, Джон, меня больше интересуют живые люди. Лучше вернемся к вашему сексуальному опыту. Ведь было что-то дальше?
- Все еще ждете страшной истории от меня? – вздыхает Джон, что-то задумчиво выводя в своем блокноте. – Уверяю, ничего такого, обычные юношеские страсти.
- И тем не менее я настаиваю, - Шерлок, поддавшись порыву, протягивает руку и касается руки Джона, отчего оба замирают испуганно, не решаясь друг на друга посмотреть.
Шерлок убирает руку, а Джон спешит продолжить рассказ, чтобы заполнить образовавшуюся неловкую паузу словами.
В восемнадцать лет Джон встретил Бекки Дуглас. Они поселились по соседству с Ватсонами. Джон учился в римско-католической школе, а Бекки в муниципальной. Иногда они встречались по дороге домой и дальше шли вместе. Бекки нравилась Джону легкостью нрава и округлостью форм. Они были ровесники, но Бекки выглядела старше, возможно потому, что активно использовала косметику и одевалась смело, по мнению самого Джона, и вызывающе, по мнению его отца. Бекки пользовалась популярностью среди ребят своей школы. Джон частенько наблюдал, как за ней заезжают на машинах или подвозят до дома. В тот раз они встретились случайно. Джон по привычке взял ее сумку, а она шла рядом и болтала что-то о предстоящем дне всех святых. В школе Джона этот праздник не отмечали, а в школе Бекки затевалось что-то грандиозное. Джон особо не слушал болтовни Бекки, заглядевшись на ее круглые коленки, и когда она что-то спросила, по-глупому захлопал глазами, упустив нить разговора. Бекки понимающе усмехнулась.
- Ты когда-нибудь уже этим занимался? – спросила она доверительно.
Смущаясь, Джон мотнул головой, понимая, о чем она спрашивает.
- А ты? – не удержался он от встречного вопроса.
- Уже два раза с Биллом и Тедди, - ответила та. – Так, ничего особенного, но было приятно, когда… - она покраснела и замолчала. Некоторое время они шли молча, смущаясь друг друга. – А хочешь попробовать? – неожиданно предложила Бекки. – В смысле, ты симпатичный, и я была бы не против с тобой… - она принялась накручивать на палец золотистый локон.
Джон задохнулся от накатившего возбуждения, едва представил себе, как дотрагивается руками до коленок Бекки, поспешно кивнул, сглатывая.
